И вот я очнулся

2000 (С) Константин Рогов (Agent Jack)
jackland@mail.ru

Оригинал текста можно найти здесь:
http://inity.complife/ai
http://lavka.cityonline.ru
http://fantasm.newmail.ru

Домашняя страничка Инны Шеиной
http://www.chat.ru/~nightthebest/

 

[И вот я очнулся]

 

 

 

Inity - с благодарностью, а также всем тем,
кто не боится писать апокрифы, даже зная, что они никогда не станут канонами.

 

I. Пробуждение

 

Я остаюсь в стране снегов,
Глотаю ртом холодный воздух,
И только в паутине снов
Вдыхаю аромат черемух.
Закрыты двери в тишину,
Как плетью, - ветер по глазам.
А на вопросы: "Почему?"
Ответа нет ни тут, ни там.
Цвет черной ночи прячет грусть,
Я закрываюсь в звездный плащ.
Луна осветит долгий путь,
Вслед донесется чей-то плач.
Но, голову нагнув, - вперед,
Упрямо продолжать размен:
Все прожитое - на поход,
Вкус к жизни получив взамен.

(С) Инна Шеина ака НОЧЬ: Апрель - 1997

 

начало

Девушка лежит на ложе, укрытом черными атласными простынями. Кожа ее мертвенно бледна, дыхание глубоко и неторопливо. Между вздохами проходит целая вечность, а сердце едва бьется.

Она спит.

Они видит сны.

Порой она хмурится во сне, порой лицо ее кривится от боли. Иногда она кричит.

Тогда в укрытую сумраком комнату входит существо, старое, как сам мир. Обычно оно принимает обличье смуглой женщины с угольно-черными волосами. Иногда его волосы пламенеют подобно закатному солнцу, а кожа становится столь же бледной, как у той, что спит здесь. Порой у существа с телом человека появляется голова львицы, а временами оно принимает и вовсе нечеловеческое обличье.

Существо подходит к ложу и кладет на лоб девушки морщинистую руку -словно высушенную ветром пустыни и очень горячую. Оно впитывает кошмары спящей и легко улыбается, порой бормоча под нос строки, написанные давно умершими людьми.

Так проходит вечность.

1.

- Дарю. Время, - говорю я ему.

Светловолосый паренек лет четырнадцати-пятнадцати растерянно смотрит на меня, недоуменно помаргивая глазами.

- Ты не понял? У тебя есть шанс...

Он начинает осторожно пятиться.

- Ну же!!! Беги! - кричу я, чувствуя как нарастает давление. Яркая ослепительно-белая точка пульсирует где-то внутри меня, подталкивая, торопя, заставляя тянуться к пистолету...

Больно не будет, обещаю...

Люди шарахаются в стороны...

До пацана, наконец, доходит. Перемахнув через турникет, он бросается к выходу, но я уже не могу противиться встроенной в меня подпрограмме.

Пистолет глухо рявкает выбрасывая на мостовую блестящие гильзы - раз, другой, третий...

Рядом визжит женщина.

Ясно, что теперь не успею.

Надо провести перенастройку личности.

Да. Правильно. Какие-то блоки снижают мою эффективность. Но - позже...

Мальчишка, похоже решает сделать круг.

[Зачем?]

Быстрый анализ.

[Телефон-автомат, неподалеку от метро.]

Парень сумел оторваться.

Нет. Что-то заставляет замереть его всего в нескольких метрах от цели. Мне некогда раздумывать и я стреляю...

Пули ударяют ему в спину, словно подталкивая, заставляя споткнуться... Он нелепо взмахивает руками, замирает на какой-то миг и падает.

Что его остановило?

А-а-а... Ясно.

Я подхожу к коллеге, машинально меняя на ходу обойму, и засовываю пистолет обратно - в кобуру.

Хорошо у нее язык подвешен - пару слов сказала, а парень и застыл, как замороженный.

- Одному из повстанцев удалось уйти. Возможно, есть еще одна точка входа здесь, недалеко.

- Я буду здесь завтра на следующей миссии. Оставь мне эту информацию. Я буду следить за этим тоже, - говорит агент Inity.

Скидываю блок информации, продолжая пояснять:

- Его имя Анатолий. Один из операторов на корабле и в Матрицу входит редко, но уж если входит, то только чтобы что-нибудь разрушать...

Анатолий. Вот кого следовало пристрелить. А не этого пацана.

- Я просмотрю все это, - немного резко обрывает она меня, с рассматривая мальчишку, лежащего у наших ног.

Где-то вдали воют милицейские сирены.

- Ему всего лет пятнадцать. В Сионе сошли с ума. Они скоро будут вкладывать оружие в руки детей, - печально произносит она.

- Когда идет война, дети первыми рвутся на баррикады.

Как ты, да? Прямо, как ты...

Есть разница. Я - выжил.

- Они всего лишь следуют за взрослыми. Теми, кто сами никогда не входил в Матрицу. Кому лучше отсиживаться в своем бункере и отдавать приказы, для них не существует понятия ценности жизни.

- Это не совсем верно. Сион ревнует о новобранцах, новых кандидатах на отключение. Нам известно, что совсем скоро к Оракулу на тестирование они собираются привести целую группу подростков и детей.

- На детей легко повлиять. Нам нужен только осознанный выбор.

Вербовщик! Она может уговорить кого угодно.

- Мне было только семнадцать, - бросаю я, отворачиваясь.

Я не хочу, чтобы она видела, как я кривлюсь от боли.

Что со мной происходит?

Она игнорирует мои слова. Правильно.

Мы уже сделали свой выбор. Мы можем жалеть о нем, но никто из нас не скажет, что мы сделали его неосознано. Мы - не повстанцы. Мы знаем на что идем. Хотя правда всегда потрясает больше, чем...

Снова вызов.

- Опять... Они никогда не успокоятся. Завидую я в чем-то тебе, 14_уровень. Хотя вас и трудно понять...

- Иногда бывает трудно...

Я не слышу окончания фразы - меня уже затягивает в черное ничто (нечто?)...

 

1а.

Существо торопится. Многосуставчатые конечности, похожие на паучьи лапы мерно сгибаются и разгибаются, царапая покрытый узорчатой плиткой пол.

Оно морфирует на ходу, принимая облик черноволосой женщины, замирает на миг у входа в покои, делает глубокий вдох и входит, плотно прикрывая за собой дверь.

Некоторое время оно стоит неподвижно - то ли глядя на спящую девушку, то ли прислушиваясь у чему-то, что находиться за пределами человеческих чувств.

Существо слушает Матрицу.

Среди трескотни постоянно меняющейся информации, среди мерного шелеста с которым скользят мимо обслуживающие программы, среди потоков, завихрений, водопадов и вспышек оно ищет один-единственный звук. Стук сердца программы. Сердца того, кто когда-то был человеком...

Но не находит. Даже Великие из Великих иногда не могут получить то, что хотят.

Оно подходит к девушке.

Время еще не пришло. Но иногда приходиться рисковать. Риск придает пресному бытию приятную остроту.

- Просыпайся, - говорит существо/женщина.

- Просыпайся, - шепчет оно/она и шепот отдается тревожным эхом, преломляющимся, исковерканным, нечеловеческим...

- Просыпайся! - и крик взлетает к высоким сводам.

Веки девушки едва заметно подрагивают.

Сны...

...уже...

....уходят.

 

2.

Яркие вспышки. Голоса. Четкая, резкая до боли картинка -лес? - нет, осенний парк, маленький пруд, тоскливо кричащие птицы - все сворачивается в узкую полоску, а затем гаснет, блекнет зеленоватой точкой, словно на экране телевизора...

Пустота. Я вне-Матрицы. В месте где нет пространства в привычном людям понимании. Я бывал здесь не раз, терпеливо ожидая очередного вызова. Мы все здесь бываем. Но никогда здесь не было так... пусто. Как странно.

Что случилось? Почему я здесь?

Послать запрос. Мне нужна информация.

[ОТКАЗАНО]

Еще раз.

[ОТКАЗАНО]

Страх. Неуверенность... Непонимание. Я привык понимать. Я привык знать. Я слишком привык видеть изнанку мира. Как я теперь без всего этого? Я не ощущаю присутствия Матрицы. Я -программа, затерявшаяся в бесконечно большом ОЗУ компьютера.

- Каков твой уровень? - приходит вопрос извне.

Кто это?

- Каков твой уровень?

- Некорректный запрос, - отвечаю я. - Кто вы?

Зеленоватый рой светлячков вьется перед моим "я". Огромная восьмерка... лента Мебиуса.

- Каков твой уровень?

- Я... я не знаю.

Я ловлю себя на мысли, что действительно не знаю. Слишком много изменений. Со мной что-то произошло. Моя личность перестроена.

Перестроена?...

- Что со мной? - спрашиваю я.

- Ты был убит. Практически стерт.

Стерт? Нет. Нет, этого не должно было случиться... Только не со мной.

- Как?

- Сомнения. Ты сомневался. Ты размышлял вместо того, чтобы действовать. Люди Сопротивления действуют не сомневаясь. Ты проиграл. Твоя личность была восстановлена из резервной копии.

Из резервной копии? Из бэкапа? Это немногим лучше смерти. Я - тот я, что существовал когда-то и где-то - мертв. Стерт. Уничтожен. Я - всего лишь копия.

- Я никогда не чувствовал себя так странно.

- Были также внесены некоторые изменения.

- Изменения? Какие?

Я начинаю понимать. На этот раз мой запрос направлен не наружу, а внутрь. Я изучаю себя.

Что они со мной сделали? Насколько сильно перекроили мою личность? Кто я теперь такой?

Это вопросы на которые я не могу дать ответа. Никогда не смогу. Невозможно адекватно оценивать явление, частью которого ты сам являешься.

Вот оно.

Встроенная в меня подпрограмма принуждения теперь похожа на яркую, ослепительно сияющую звезду...

Нет. Не звезду. Эта тварь больше смахивает на медузу. Вот только ее ядовитые "реснички" выросли и подобно стальным нитям сковывают мои движения.

Страх. Расползается где-то внутри, подобно этой... этой твари. Отчаяние.

- Нежелательный поток ассоциаций?

- Читаешь мои мысли, тварь?

Я не сомневаюсь, что так оно и есть. Откуда-то изнутри кипящей волной поднимается ненависть. Клокочущая ненависть к этому... этой... к тем, кто изменил меня. Кто поймал в ловушку. Кто связал меня сверкающей медузой. Мое отчаяние смешивается с ненавистью. Ненависть - со страхом. Страх с отвращением. Отвращение с неуверенностью. Неуверенность порождает отчаяние. Замкнутый круг. Я кручусь как белка в колесе. Я словно зациклен. Запрограммирован на выполнение одной-единственной подпрограммы. Я давно не испытывал столь сильных чувств.

- Ты же знаешь ответ.

- Помнишь Алису?

Не обращай внимания.

Проверить что у меня осталось...

Я перебираю исполняемые подпрограммы. Я так долго перекраивал свою личность - и неужели теперь у меня не найдется ничего подходящего, чтобы освободиться? Ничего. То что меня поймало, то что держит здесь - оно намного сильнее меня. Намного сильнее любого из нас. Один из Высших?..

- Помнишь Алису?

- Что-то припоминаю. Очень смутно.

- Ты был там. Ты убил трех агентов.

Алиса. Имя знакомо. Ассоциативные цепочки выдают мне зрительный образ. За образом должны тянуться файлы с описанием операции. Но звенья в цепи порваны. Файлы отсутствуют. Какие-то обрывки. Мусор. Судорожно сканнируя данные я вытаскиваю все, что имеет хоть какой-то смысл.

- Всего лишь временное стирание. Они были восстановлены.

- Агенты были мертвы. Но Алиса тоже мертва. Почему?

Почему? Хороший вопрос. Но разве у меня есть на него ответ?

Я срываюсь:

- Какого хера?! Кто ты?! Чего ты от меня хочешь?!

- Отвечай.

Он безжалостен. Бесстрастен. Ему нет дела до того, что я сейчас испытываю.

- Я не помню.

- Почему ты не спас ее?

- Я не помню!! Эти данные удалены.

- Зачем ты их удалил?

- Этого я тоже не помню.

 

Он продолжает терзать меня вопросами. Я не могу на них ответить и тогда за дело принимается встроенная в меня тварь. Боль разбивает мое "я" на куски, и через миг склеивает вновь.

Я словно задыхаюсь от боли. Шок.

Рождение - просто ласковые шлепки матери по сравнению с этим.

- Ты готов отвечать?

- Я не знаю. Не знаю! Не зна-а-аю!!

Огонь. Он жжет меня изнутри. Языки пламени пробиваются сквозь кожу. Моя кровь - огонь. Моя плоть - огонь. Я сам превращаюсь в сгусток пламени, трепещущий на оголенных нервах.

 

Сторбоскопические вспышки.

Я потерял сознание?

- Я не помню..., - слышу я словно со стороны свой голос. -Просканнируй меня. Проверь сам.

- Ты мог спрятать эти воспоминания. Мне нужно, чтобы ты признался.

Признался? В чем? Что я сделал?

Снова приходит боль.

Что это?

Ослепительный серп луны позади роя.

Мягкий свет касается меня.

Что-то происходит.

"Медуза" корчится и чернеет, уменьшаясь, отпуская меня... рассыпаясь в пустоте горстью пепла.

Сочувствующий, мелодичный голос:

- Используй это, чтобы получить доступ...

- Доступ? - каркаю я.

Изумрудный рой замирает, изгибаясь гигантским знаком вопроса. Несколько зеленых искр отправляются к сияющей луне, но она уже исчезает. Без следа.

- Доступ?

- Доступ. Выход. Вот так, - отвечаю я.

Страх и воспоминания о пережитых муках заставляют меня действовать практически не рассуждая. Я задействую полученную подпрограмму автоматически.

- Ты! Кто это был? - вопрошает рой.

- Я не знаю, - машинально отвечаю я, уже исчезая...

- Подожди!

На прощание я оставляю рою смайлик, подвешенный в черной пустоте:

SLMF :]

Мы еще увидимся. Обещаю.

 

2a.

- Ты хорошо поработала, девочка моя, - улыбается смуглая женщина, ласково касаясь ее плеча. - Тебе надо отдохнуть.

- Кто вы? Кто был этот?...

- Отдохни. Я все расскажу позже. Просто спи.

- Он казался таким знакомым...

Девушка недоуменно морщит лоб, но усталость оказывается сильнее.

Снова черные простыни. Снова сны.

Хорошо отрепетированная улыбка женщины тут же исчезает.

- А ты любишь задавать вопросы, - тихо бормочет она сама себе. - Я дам тебе ответы.

Она выходит из комнаты и аккуратно запирает дверь на ключ. "Символический жест" - скажете вы. Но Символы хранят в себе немалую силу. Даже Великие из Великих пасуют пред мощью скрываемой Символами.

- Я дам тебе ответы, - повторяет женщина и внезапно хохочет во все горло, смеясь над одной ей понятной шуткой.

Смех обрывается столь же резко, как и начался - и вот уже женщина/существо идет прочь по зеркальному коридору, мимо множества дверей. Идет туда, откуда доносятся крики боли и муки.

Мы не слышим их. Но Оно слышит.

 

3.

И вот я очнулся, спокойный и здравый.

К тому же относительно неплохо себя чувствовал, если не считать безумного желания курить и внешнего вида, крайне необычного для любого агента - как будто плоть твою взяли напрокат.... а потом вернули тебе в совершенно... слова-то не подобрать - необычном состоянии.

Как будто и не я это вовсе.

Может и не ты.

Как странно...

Курить. Значит, буду долго жить...

Я оглядел пустую высокую платформу, бросил взгляд на обшарпанное светло-зеленое здание станции. Стрелка часов приближалась к 16:00. Некоторые вещи не меняются со временем.

По берегу залива брел скрюченный человечек, время от времени останавливающийся и ворошащий выброшенные на берег водоросли длинной острой палкой. Бутылочного цвета волны пытались стянуть его высокие - до бедер - сапоги, но человечек лишь хрипло посмеивался, запрокидывая назад голову...

Ну почему именно здесь?...

Здесь часто идут дожди. Зимой бывают дни, когда вообще света не видно: в небе лишь размытая серая муть.

Сейчас весна, но небеса скрыты все тем же серым занавесом. Море на горизонте - такое же серое и сливается с небом, что заставляет вас чувствовать себя довольно странно.

Один из великих сказал как-то, что человеку необходима одна из двух вещей: горы либо море. Так или иначе, я всегда выбирал второе, впрочем никогда не стремясь вступить с ним в более тесный, чем визуальный контакт. Горами и морем, по моему твердому убеждению следует любоваться с дистанции - эта парочка слишком своенравна и никогда не знаешь, что они выкинут в следующий момент.

Странные мысли для агента... Что-то идет неправильно.

Многое идет неправильно, черт возьми. Так, что будь добр, заткнись.

Я чувствовал себя... отрезанным. Каким-то неполноценным. Калекой.

Я привык ощущать Матрицу, ощущать ее всем своим существом, наслаждаясь тем, как скользят, танцуют, протекают вокруг/сквозь/везде бесконечные потоки данных.

Информация - вот на чем меня поймали когда-то. Доступ к любой информации - все что захочу. Никаких запретов, ограничений, правил. Я так страстно желал знать истину... Когда это перестало меня интересовать? Не помню. Какая-то часть меня потеряна безвозвратно, утекла искрящейся струйкой родниковой воды в песок времени.

Паршивая метафора, сэр.

Как бы там ни было. Сейчас я не чувствовал ничего. Я... отключен. Может ли быть агент отключен от Матрицы? Строго говоря - я лишь программа... мое тело давно переработано - пошло на питательный раствор... Я слишком мало знаю о принципах нашего существования.

Но кое-что я еще могу. Например...

В кармане куртки оказывается пачка сигарет и дешевая красная зажигалка с выцарапанным логотипом "Camel".

А значит, все не так уж плохо... по крайней мере на сегодня... ведь верно?

Нет.

Я сижу на лавочке, курю, смотрю на море и жду электричку, идущую в город. Если вы когда-нибудь употребляли наркотики, то вам знакомо это ощущение: нервный страх, накатывающий при воспоминании о том, что в кармане у вас нет "дозы". О том, что вы не можете больше без этого. О том, что чуть позже вас будет выворачивать наизнанку, когда придет время ширнуться еще раз. И все ваши мысли подчинены одному-единственному маниакальному желанию, терзающему душу. Раздобыть "дозу". Купить сигарет. Просто выпить, черт возьми!

Мне нужно добраться до компьютера подключенного с Сети. Я должен связаться со своими. Я ДОЛЖЕН вернуть контакт с Матрицей снова. Иначе через какое-то время мне будет очень, очень плохо. Очень.

 

3a.

Просторный обеденный зал, похож скорее на храм. Куполообразный потолок только подчеркивает это сходство. Зыбкий рассеянный свет исходит ниоткуда, не оставляя место теням. На расстоянии нескольких метров все тонет в переменчивой дымке.

Две женщины расположились в креслах с высокими спинками. Они сидят по разные стороны длинного стола, уставленного разнообразными блюдами и напитками. Это разнообразие, кажется не трогает ни одну из них. Они не голодны. Всего лишь кофе. Чай, может быть.

Первая: смуглолицая, зрелая на вид, улыбающаяся тонкой понимающей улыбкой. Черные волосы ее забраны сзади в пучок, что делает ее похожей на умудренную годами школьную учительницу.

Вторая: молодая, бледная, словно после долгой болезни, держит в руках чашку с кофе. Карие глаза задумчиво смотрят в пустоту.

- Ты помнишь свое имя? Тебя зовут Алиса, - говорит первая.

- Алиса.

Девушка словно перекатывает слово на языке, оценивая свои ощущения, примеряя - подойдет ли ей это имя.

Да. Так ее звали.

Ее? Меня. Алиса - это я.

- Ты помнишь, что с тобой случилось?

- Я... плохо, - встряхивает головой девушка. - Я была... больна? Где я? Кто вы?

- Я расскажу тебе сказку, - мягко говорит первая. - Про то, как в одном далеком-далеком городе жила-была девушка и она была дочерью чародея. Мать девушки умерла давным-давно и чародей растил ее, не чая души в своей дочери, потому что любил ее всем сердцем. Но у чародея были враги. Могущественные враги. Они похитили девушку и погрузили ее в вечный сон в стране, где царят сны. Они убили ее отца и казалось, что все уже потеряно, но у девушки есть любимый. Смелый юноша, который поклялся спасти ее. Он ищет девушку по всему свету и не может найти, потому что враги отняли у него способность входить в царство снов. Добрая колдунья сумела освободить девушку, перехитрив врагов, но ей не под силу вернуть девушку в реальный мир. К счастью, чародей передал своей дочери частицу своего дара, так что дочь и сама очень могущественная волшебница. Ей надо только вспомнить.

- Это ведь метафора, правда? Я не верю в колдунов и волшебников.

- Конечно, метафора.

- Значит я - дочь чародея. Вы - добрая волшебница. А тот... человек, которому я помогла... - это мой возлюбленный?

- Ты все правильно поняла.

Пожилая женщина одобрительно кивнула, словно поощряя способную ученицу, отвечающую на уроке.

Он показался мне знакомым. Но...

Странное воспоминание всплывает из глубин памяти.

Ночной город. Крыша какого-то здания. Люди, стоящие возле меня. Их лица кажутся знакомыми, но я не... не знаю... кто они.

Я помню что у меня был отец... Папа - я любила его. Я люблю его и теперь. И всегда буду любить.

Алиса решительно выпрямилась.

- Я должна знать больше. Кто вы?

- Ты вспомнишь. Обязательно. А меня... ты можешь называть Сохмет.

 

4.

Трамвай почти пуст. Я смотрю сквозь запотевшее стекло на проплывающее мимо здание ГУМа. Застывшие маникены смотрят на меня с витрин своими мертвыми глазами.

Будут меня искать в погонах,
Даже друзья забудут имя,
Двери приличные закроют...
Следующая остановка - моя.

Некоторое время стою на ступенях возле переговорного пункта, наблюдая, как пара ППС-ников перегораживает движение на боковой улочке. Водители тихо матерят сквозь зубы какого-то политического деятеля, решившего посетить город.

Протягиваю зажигалку выскочившей из дверей девушке. Она прикуривает, благодарно кивает и бежит куда-то, прячась под ярко-красным китайским зонтиком от серых небес, поливающих землю дождем. Я кидаю окурок в массивную черную урну и захожу внутрь.

Мимо ряда телефонных кабинок, каких-то неестественно зеленых растений и налево.

"Интернет-центр".

Насколько мне известно, здесь нет наших людей. Упущение, которое несомненно будет исправлено... когда-нибудь.

Киваю симпатичному бородатому админу и, повесив куртку на крючок, сажусь за компьютер.

За окнами раскатисто грохочет гром. Здесь - тихо и уютно. Миниатюрная японочка, сидящая за машиной слева улыбается своим мыслям. На экране ее монитора - какой-то японский чат. Взгляд цепляется за знакомые иероглифы. Она разговаривает со своим братом, оставшимся в Японии. Студентка.

Но подсматривать, чем занимаются соседи - не принято. Это их личные дела. А у меня - свои.

Компьютер молчит несколько секунд, потом - распахивает передо мной окно Internet Explorer'a.

Я не знаю, как работать с этой программой. Мне уже давно это не нужно. То есть - не было нужно, до сегодняшнего дня. Впрочем, это несложно.

Сколь бы не была сложна Матрица и сколь бы примитивными не казались нам созданные в ней компьютерные сети, - это плоды одного дерева и первое, включает в себя второе, а второе является частью первого.

Я ввожу один из известных мне IP-адресов.

[Error 404]

Так. Плохо. Попробуем этот?

[Error 404]

Я вытаскиваю из своей памяти все известные мне координаты и ввожу их в компьютер напрямую. Винчестер протестующе пощелкивает. Окна распахиваются одно за одним - наслаиваясь друг на друга, заполняя экран... Пустышки. Все.

- Вам чем-нибудь помочь? - осторожно спрашивает админ.

- Нет, спасибо.

Я встаю, одеваю куртку... Меня слегка пошатывает.

- Что я должен?

- Семь минут, - слегка растерянно отвечает он мне, откладывая в сторону распечатку прайс-листа на "брэнды" корпорации Akusira.

Протягиваю ему десятку и выхожу, не дожидаясь, пока он начнет отсчитывать сдачу.

Что происходит, черт возьми?

Изумительной архитектуры здания, лица людей, потоки мчащихся мимо машин - все сливается в один единственный поток... информация. Инфопотоки. Подключение. Я хочу, я должен, я не могу без этого!

Ломка приближается. Я чувствую, что времени у меня совсем немного. Может быть несколько часов. Моя программа уже начинает разваливаться на части, подобно машине, которая слишком давно не была в ремонте. Сначала разбалтываются винты, гайки и прочая мелочь, затем начинают заклинивать детали, сажа черными хлопьями оседает на свечах зажигания и все тяжелее заводится мотор...

Подумать. Закурить. Медленно.

Сажусь на лавочку, с третьего раза раскуриваю сигарету. Руки слегка дрожат.

- Молодой человек...

Неохотно поворачиваюсь.

Пожилая женщина, присевшая на край скамейки, смотрит на меня, слегка прищурив глаза.

- Вы уж извините меня за назойливость, но только один вопрос, ладно? Вы крещеный?

Что за ерунда? Крещеный? Я?

Я давно уже не человек. Я - программа, бабушка. И даже будучи человеком никогда не верил в Бога. А теперь... Теперь мой бог отвернулся от меня.

- Нет.

- А зря. Вам креститься надо. Хотите - приходите к нам в церковь. Покровский парк знаете?

Я машинально киваю.

- Крест это мой, простите меня, но поделать ничего не могу. Бог такой дар мне дал - вижу я сколько человеку для покаяния отпущено. У вас-то совсем времени не осталось. Немного его совсем. Совсем капелька. Сухонькими тонкими пальцами она показывает мне "совсем капельку".

- Да не верю я в бога.

- А это ж ничего. Он в вас верит - вот что главное, -улыбается она. - Вы покреститесь - вам легче станет. Может Господь и надоумит, как вам быть. Я-то смотрю, сидит паренек, такой печальный... Уж извините вы меня. Я ведь как всегда говорю - не хочешь креститься, да и не надо. Только срок-то нам на земле этой отпущен крошечный. А на небесах оно -там целая вечность. Но во врата Царства Божия без ключа не войдешь. Ключ же он где? Крест святой - вот наш ключ. Не покрестишься - не войдешь в царство божие...

- Ничего. Мне, пожалуй пора, - я закуриваю сигарету и встаю, прощально кивая случайной собеседнице.

Совершенно сумасшедшая... Я тоже скоро сойду с ума.

Безумие.

Может это то, что мне сейчас нужно? Всего лишь капелька безумия...

 

4a.

Нудная, тоскливая боль стискивает голову железным обручем.

Мелькают обрывки воспоминаний - в основном визуальные образы, часто -запахи, порой - голоса неразборчиво нашептывающие что-то...

Вот - седовласый мужчина с аккуратной "испанской" бородкой. Он одет в простую клечатую рубаху, мятые серые брюки. Прислонившись к дверному проему, скрестив руки на груди он что-то говорит ей... В уголках насмешливых глаз его собрались уютные ласковые морщинки. Домашний запах синтезированного табака почему-то не кажется неприятным.

Вот - аккуратный юноша, из нагрудного кармана куртки которого высовывается неизменная расческа. Его окружает свежий морозный аромат, но глаза его - два фальшивых зеркала, а голос обладает почти гипнотической силой.

Вот - девушка со светлыми, словно выгоревшими на солнце волосами, она вертится перед зеркалом, любуясь только что сшитым платьем. Лицо ее - живое и подвижное, словно светится изнутри.

Вот - еще один человек. А быть может не человек а призрак. На крыше дома. В ночном городе. ТО САМОЕ ВОСПОМИНАНИЕ...

Боль усиливается...

Странно.

Она не может вспомнить больше ничего, связанного с ним. Она не может вспомнить, чем закончилась та встреча на крыше. Словно где-то внутри ее стоит запрет.

Маленький черный ярлычок с аккуратно напечатанными словом: [З А П Р Е Щ Е Н О]

Алиса раздумывает, пытаясь вспомнить все, что знала о психологических барьерах.

Неприятные воспоминания подсознательно загоняются разумом в самые дальние уголки. Именно поэтому мы так часто ностальгически вздыхаем о ушедших в прошлое "старых добрых деньках". Этот запрет также может быть искусственно создан гипнотическим внушением.

Сохмет... Добрая колдунья, как она сама себя назвала. Само это имя Алисе незнакомо, но почему-то вызывает совершенно определенные ассоциации - песок, жар, сухость...

Внезапно она вспоминает:

Это называется "пустыня".

Она была там. Была ли? Или это еще одна иллюзия?

Я совершенно запуталась. Иллюзии, сны, внушения, реальность... Что настоящее?

Что выдумка?

Ответ лежит где-то внутри. Он спрятан где-то глубоко. Если она сможет вспомнить кто она, хоть что-нибудь помимо своего имени - тогда все встанет на свои места.

- Я вспомню, - обещает она себе. - Я обязательно вспомню.

 

5.

Я прошел мимо маленького книжного магазинчика на двери которого белел лист бумаги с надписью "Обед"; мимо потрепанного здания краевого музея, фасад которого ремонтировали трудолюбивые китайские рабочие; мимо табачного ларька...

Мимо, мимо, мимо...

Как в старые добрые времена. Вперед - и к цели, а все остальное - побоку, да?

Не такие уж они и старые, эти времена. Не такие уж они и добрые...

Дальше... Под арку - в маленький внутренний дворик... Здесь.

Я остановился. Дальше идти не хотелось.

Не хотелось?

Мы делаем то, что должны. Наши желания не имеют значения.

Интересное ощущение. Почти забытое.

Какой агент принимает в расчет свои желания?

Неправильный это агент. Как раз такой как я сейчас.

Потоптался на месте. Попытался просканнировать структуру Матрицы вокруг. Н-да.

Даже на это нынешних хиленьких моих возможностей на это не хватило. Как будто пытаешься с модемом на 9600 просмотреть в реальном времени видеофайл на каком-нибудь сервере в Сиэтле.

Плохое предчувствие. Может не стоит идти?

И давно ты стал таким суеверным?

Давно. Но вспомнил об этом только сегодня. Надо идти. Чем дольше я буду тянуть, тем тяжелее мне будет потом. Мое время истекает.

Кто-то из заботливых жильцов перекинул через огромную лужу под аркой доску - за что им огромное спасибо. А во внутреннем дворике, рядом с обшарпанной деревянной дверью подъезда уже ждут меня двое крепышей, похожих как две капли воды.

Пониже меня сантиметров на десять, но крепенькие, широкоплечие, с плотно сжатыми челюстями. Две пары ничего не выражающих глаз внимательно следят за моим приближением.

Ребята, а я не агент, я просто тут живу...

Шутишь?

Я стираю с лица слабую улыбку.

- Ты куда, мужик?

Медлю с ответом, разглядывая пустую бутылку из-под водки, аккуратно поставленную у двери. От крепышей явственно тянет перегаром.

Чего у повстанцев не отнять - так это вкуса к жизни.

Они могут сколько угодно поносить Матрицу, крича о ее иллюзорности, но благами ее пользуются на всю катушку. Наверное, живи я под землей в стальных коробках кораблей, я бы тоже...

- В гости, - отвечаю я. - К Оракулу.

- Что-то мы тебя раньше здесь не видели...

Мое терпение подходит к концу.

- И ваше счастье, - скалюсь я. - Только потому вы еще и живы.

Пистолет уже у меня в руке - направлен на них. Я очень быстр с точки зрения обычного человека. И я - просто ничто по сравнению с любым из агентов. По сравнению с самим собой... которым я был.

"Увидел агента - беги", - вот что им упорно вдалбливали в головы. Это уже рефлекс. Поэтому, сообразив кто я - они мешкают.

"Бежать? Или попытаться задержать меня и предупредить остальных? Как?.." - примерно так они думают.

Вопросы мелькают у них в голове слишком быстро, а алкоголь тормозит реакцию. По правде говоря это не самые лучшие образцы людей сопротивления, которых я видел.

Странно как возвращаются порой давно забытые знания. Я когда-то изучал психологию. Эти двое - не самые сложные орешки для психоаналитика.

Я раздумываю, что делать дальше. Агенты сохраняют нейтралитет по отношению к Оракулам. Смотрим, так сказать, сквозь пальцы. Устраивать здесь стрельбу мне определенно не хочется. С другой стороны я должен быть уверен, что эти двое будут вести себя подобающим образом - без выстрелов в спину и прочих глупостей.

Боишься? А как же резервная копия?

Боюсь. А резервная копия... кто знает - восстановят ли меня еще раз? Этот... который был там. Высший. Он вряд ли упустит меня еще раз.

Напоминание: как только будут восстановлены мои умения, надо разобраться с Высшим. Узнать кто он. Чего хотел от меня. Заплатить по счетам.

На мое счастье из подъезда появляется аккуратный пожилой мужчина.

Капитан корабля. Такая удача выпадает нечасто. Сохранись у меня мои прежние способности я не задумываясь разнес бы сейчас полквартала, чтобы прихватить этого типа.

Коды к Сиону.

Ключи на небеса.

Крест на массивной золотой цепочке.

Но сейчас я не могу ничего сделать.

Капитан в отличии от своих подчиненных смотрит (надо отдать ему должное) - на меня, а не на пистолет.

- Я пришел встретиться с Оракулом, - подчеркнуто медленно говорю я. -Только и всего. Будете мешать - убью не только вас троих, но и тех кого вы оставили наверху. Даже если вам удастся устранить меня -через несколько минут здесь будет три-четыре агента и вам все равно конец. Так что я предлагаю уладить все мирным путем.

- Агент, предлагающий уладить все миром. Странные настали времена, - говорит капитан.

- Не обманывайся, капитан. Пусть ты и не Морфеус, но я с удовольствием выжал бы из твоего разума всю информацию, до последнего бита... Однако, сегодня у меня несколько иные приоритеты, так что тебе крупно повезло.

- Ты можешь поговорить с Оракулом.

Не скажу, что у него был какой-то другой, более привлекательный выбор, но я почувствовал некоторое облегчение. Эти трое, постаравшись, могли размазать меня по асфальту. Я блефовал по-черному.

- Третий этаж, дверь направо.

- Спасибо, - бросаю я через плечо.

Звонок не работает и мне приходиться стучать в дверь. Три раза -прежде чем мне открывает миловидная китаянка.

- Я к Оракулу.

Это ее ничуть не удивляет, хотя готов поспорить агенты заходят сюда нечасто.

Если вообще когда-нибудь заходили...

- Подождите в гостиной комнате.

Самая обычная гостиная. Наверное, я ожидал увидеть что-то необычное и поэтому даже немного разочарован.

А-а-а! Вот почему эти - внизу - так нервничали. Inity была права. Повстанцы начали рекрутировать детей. Сволочи.

Самому младшему, наверное лет тринадцать.

Чуть меньше, чем тому, которого я...

Заткнись.

- Кто вы? - спрашивает меня девушка. На вид - самая взрослая из всей этой компании. Ей может быть лет двадцать, если только ее не делает старше немного экстремальный макияж.

- Бонд, - я делаю маленькую паузу. - Джеймс Бонд.

Глаза у нее расширились. О! Она быстро соображает. Она должна быть одной из нас. Те что младше, либо ничего не поняли, либо, как конопатый паренек, расплывшийся в несмелой улыбке, сочли шуткой.

- Вы наверное очень устали с дороги, - девушка косится на малышню, явно прикидывая, под каким предлогом их убрать из комнаты.

- Очень. Перелет из Англии был очень долгим - с пересадкой в Москве... Я хотел поговорить с местным Оракулом - у нас почти нет Оракулов, а ваша, говорят, одна из лучших..., - Что за чушь я несу?! - ... и если у вас найдется чем промочить горло, буду очень признателен, - неуклюже заканчиваю я.

- Я... я не знаю. Ребята, давайте-ка посмотрите на кухне...

- Водки. И лимон, если найдется.

Алкоголь может притупить ощущения. Я надеюсь, что это немного смягчит ломку.

Меня УЖЕ ломает. Меня просто корежит. Удивительно, что я еще не сорвался. Но сорвусь. Скоро.

Только потерпи еще немного. Оракул поможет тебе.

- Да. Идите посмотрите. Лика, помоги мальчикам.

Не слишком довольные дети уходят.

- Как тебя зовут? - спрашиваю я, усаживаясь в кресло.

- Екатерина, - отвечает она, немного помявшись.

Симпатичное имя.

Прозвучит ли это как комплимент? Может быть немного смягчит ее?

- Симпатичное имя, - говорю я.

- Значит вы - агент?

- Агент 007.

Я устал от всего этого.

- С правом на убийство?

И от этого тоже.

Они видят в нас только программы. Большинству из них невдомек, что мы когда-то были людьми. Что когда-то сделали свой выбор. Сознательно.

Девочка, что же они тебе наговорили о нас?

- Да. С правом на убийство.

Минута неловкого молчания.

- Значит... ты хочешь вступить в ряды Сопротивления?

- Да, - она вскидывает голову, ожидая... чего? Что я буду критиковать, пытаться ее разубедить, начну, как говорят повстанцы "промывать мозги"?...

Я не прочь это сделать, но не могу. У меня не 14-ый уровень... Поэтому я молчу, ограничиваясь кивком.

Что теперь? Надо завязать разговор. Все что угодно, чтобы отвлечься от мыслей о Матрице. Музыка, литература, кинематограф, экология, история Египта?.. Что ее интересует?

- Почему вы предали людей? - решившись, выпаливает она.

Хороший вопрос. Но его постановка ясно говорит о том, что повстанцы тоже промывают мозги... вот как ей например. Вместе с тем, она знает что мы не просто программы.

И поэтому ненавидит нас еще сильнее.

- А кто тебе сказал, что я предал людей?

- Вы сражаетесь на стороне машин, вы стали программой, вы прислуживаете тем, кто держит человечество в рабской узде!

Я морщусь.

- Где ты этого нахваталась? Послушай-ка, как смеются твои маленькие приятели на кухне... Они, что похожи на тех, кого держат в какой-то узде? Они похожи на рабов? Ты думаешь, они будут более счастливы, живя в мире без солнца, ютясь в тесных каютах кораблей, питаясь разной синтетической дрянью?..

- Да. Там они будут свободны.

- У меня уже был похожий разговор. С одной женщиной... Послушай, Катя, какая свобода тебе нужна на самом деле? Вот он - целый мир. Ты можешь здесь любить, ты можешь здесь ненавидеть, ты можешь стать кем угодно, если очень сильно постараешься, можешь делать то, что ты хочешь. А что там? Там, Катя тебя научат лишь разрушать и убивать. Убивать не нас, тех, кого ты называешь программами, - нас невозможно убить,   - ... Кто бы говорил.., - ... вас научат убивать людей. Вот этих самых людей - живых и настоящих, таких, каких ты знала всю свою жизнь. Быть может тебе придется убить свою лучшую подругу или парня, или кого-то из своих родных... Ты этого хочешь?

- Ты пытаешься внушить мне, что борьба бесполезна. Это неправда.

Я пожимаю плечами.

Когда-то я любил такие разговоры. Мне нравилось убеждать. Но наши аргументы, как и аргументы повстанцев никогда не меняются. Говорить одно и тоже, слушать одно и тоже... это... От этого устаешь рано или поздно. Просто устаешь. И к тому времени, тебе начинает казаться, что просто убивать несогласных - легче.

Нет человека - нет проблемы.

Брось. Я не такое уж чудовище. То есть - мы... мы не такие...

Нет? А какие? Мягкие и пушистые?

Из кухни возвращаются младшие. Пацаны толкают перед собой целый столик на колесиках уставленные всякой всячиной. Но мне не удается ничего попробовать, потому что входит китаянка.

Прекрасно. Разговора с Оракулом я жажду сильнее, чем еды и питья. В конце-концов я - программа. Матрица - мое питье и еда. Она - основа моего существования. Я должен соединиться с ней.

Навязчивые мысли. Ты повторяешься.

- Оракул ждет вас.

Уже выходя из комнаты я слышу вопрос Екатерины:

- А что стало с той женщиной?

- С какой женщиной?... - я оборачиваюсь. - Ах, с той!.., - Бешеных псов пристреливают... - ... я убил ее.

На лице девушке проступает... нет, не ненависть. Даже ненависть была бы нам на руку - она ослепляет, делает человека уязвимым. Здесь я вижу только решимость.

Что мне косые эти взгляды,
Я вне закона.
Я - синоптик, я - синоптик...
Больно.

Да-а-а, у тебя не 14 уровень, а намного меньше...

Заткнись. Меня ждет Оракул.

 

5a.

- Я кое-что вспомнила.

Сохмет - просто воплощение безмятежной доброжелательности.

- Сион. Матрица, - Алиса запнулась. - Эти слова... Они кажутся мне очень важными. Кажется это названия каких-то мест. Я жила... я жила там?

- Сион - это город в котором ты жила вместе с отцом. Матрица - одно из названий Царства Снов, где тебя пленили. Там ты была в заточении. Там - твои враги, - объясняет Сохмет.

- Но кто они, мои враги?

- Люди. Машины. Программы. Безумные колдуны.

Пожилая женщина слегка улыбается, как будто сказала какую-то ужасающе смешную двусмысленность.

- Почему они ненавидят меня? Почему убили моего отца? К чему все это?

- Я покажу тебе кое-что.

Сохмет встает, протягивая Алисе руку.

- Пойдем.

Они подходят к большому зеркалу, висящему на стене.

- Смотри, - приказывает Сохмет.

Гладь зеркала подергивается рябью. Реальность слегка подрагивает. Алиса чувствует эту дрожь, чувствует каждой клеточкой своего тела.

Внезапно приходит понимание.

- Мы сейчас в Матрице?

- Да. В Царстве Снов. Не бойся - эта часть царства защищена мной. Мои владения. Моя обитель. Но сила моя не столь велика, чтобы я смогла защитить всех. Смотри же...

Девушка смотрит.

Дети. Подростки. Их конвоируют невозмутимые люди в строгих костюмах. люди, глаза которых спрятаны за непроницаемыми стеклами зеркальных очков. Картинка сменяется другой. Люди в костюмах разделяют группу детей на две части. Одних они уводят. Других...

Алиса вскрикивает и отворачивается. Она словно слышит звуки выстрелов и детские крики.

- Смотри, - резко приказывает Сохмет, хватая ее за руку.

Рыдания.

- Зачем?! Зачем они это делают?!!

- Они безумны. Я хочу остановить их. Как твой отец до меня. Ты поможешь мне? Он передал тебе свою силу. Ты - та, кто изменит мир. Ты согласна?

Алиса утирает слезы.

- Да.

 

6.

- Хорош, ой хорош! - уперев руки в бока Оракул рассматривает меня, чуть покачиваясь с пятки на носок.

Властная женщина. Сильная.

И где же твой муж-подкаблучник?

Она фыркает, словно прочтя мои мысли.

- Ты гримаску-то с лица убери. Во-о-он туда иди - в кресло сядь.

Я подчиняюсь. Не спорить же мне с ней, в самом деле?

Она обходит комнату, держа в руке тонкую зажженную свечу.

- Видишь? Смотри на пламя! - торжествующе восклицает она, обнося свечу вокруг меня. - Видишь, колеблется? Видишь?!

- Вижу. Но я видал вещи похлеще сквозняка.

- Язычок попридержи, ладно? Больно умный выискался. Все вы такие умные, пока не припрет. Агент! Ха! Да ты на себя посмотри, агент!

Я внутренне съеживаюсь от стыда, понимая насколько нелепо я сейчас выгляжу.

Футболка, крутка, джинсы, кроссовки... Даже очков нет, не говоря уж о reciver'e.

- А я не по форме. Я в отпуске.

- Ты не бурчи, милок, я ж и так вижу, что в полном дерьме ты по самые уши. Как же вляпался-то?

- Затем к вам и пришел, чтобы спросить, как глубоко я вляпался.

- Ах ты какой! Ах молодец! Смотри сюда, агент. Что это?

Она протягивает мне что-то.

Я послушно смотрю.

- Ложка.

- Ложка. Ха! Смотри внимательнее, ищи Матрицу в ложке, ищи ложку в Матрице.

Чувствуй, тянись вглубь. Скажи мне - есть это ложка или нет?

Я пожимаю плечами.

- Если рассуждать философски - то все зависит от точки зрения. Но это просто ложка. Есть она или нет - не имеет значения.

- Вот как? Это почему же?

- Потому что я сюда не суп есть пришел, - глядя ей в глаза говорю я.

Оракул от души смеется, тряся всеми своими подбородками.

- Слушай, что скажу тебе, агент. Я вообще-то таких как ты не очень-то жалую. Но раз пришел ко мне - не помочь не могу. Скажи мне чего ты хочешь. Сам скажи. От души.

- Я хочу вернуть свои способности. Мне нужна Матрица.

Стоически выдерживаю еще один изучающий взгляд.

- Ломка началась, да?

- Да, - хриплю я. - Не могу больше. Вот-вот сорвусь.

- Тот кто отнял у тебя способности, тот может и вернуть их.

Высший. Изумрудный рой вне-Матрицы. Но я не могу туда попасть.

- Как мне найти его?

Оракул протягивает мне запечатанный конверт.

- Я уже договорилась о встрече. Здесь инструкции. Потом посмотришь.

- Уже?..

- Я - Оракул, и не забывай этого, - она снова фыркает, -агент. Ха! Уходи. И побыстрее. Тебя ждут внизу.

- Меня? Кто?

Она печально улыбается.

- Слушай...

Тут же раздаются выстрелы. Вначале одиночные, затем - целые очереди. Похоже, внизу разыгралось целое сражение.

Ну что? Думаешь резервная копия тебе поможет?

А, дерьмо!

Я выпрыгиваю из кресла, вылетаю в коридор, рявкая на Катю, выбежавшую из комнаты:

- А ну назад, живо! И детей придержи!

Где-то внизу тарахтит "калашников".

Крысы загнаны в угол. Кто-то из наших, все же узнал. Капитан корабля -очень заманчивая цель... Или наживка?

Это очень плохо. Очень.

Я стреляю в спину одному из повстанцев. Он сползает по стене подъезда. Кровь... слишком много крови.

Ловушка? И кого они пытались поймать? Это же абсолютно бессмысленно!

Осторожно спускаюсь вниз, туда где один из рыжих близнецов истекает кровью, корчась на заплеванном полу. Второй, с руганью поворачивается - он хочет сменить обойму, но видит меня...

Мой пистолет заклинило, а у моего противника в руке поблескивает нож. Плохо.

Совсем-совсем плохо. Пистолет делает в людях чистые и аккуратные дырки, но если вас искромсают ножом... то последствия могут быть очень неприятными. Мое терпение истощилось. Все что я хочу -побыстрее закончить здесь и отправиться на встречу. Все. Я взрываюсь вихрем ярости. Я все еще намного быстрее, чем любой из людей.

Я оставляю его лежать на ступеньках с перерезанным горлом, осторожно выглядывая во двор.

Трупы. Чертова уйма трупов. Как минимум семь из них - бойцы сопротивления.

Пятеро... пятеро одеты в форму местного спецназа -может быть кто-то из них и был агентом.

Мой коллега машет мне рукой. Вернее - она машет. Агент Scraps. Я не очень хорошо ее знаю.

- Наверху чисто?

- Да, - отвечаю я.

Тихие шаги за спиной.

Я поворачиваюсь. Снова встретились.

- Ты как здесь, агент Inity?

- Случайно, - лаконично отвечает она. - Так получилось. Кто из них капитан?

- Вот этот, - показываю я.

Он мертв. Прямо посредине лба - аккуратная дырочка. Крови совсем мало. Седая бородка вызывающе топорщится.

Значит, зря мы?.. Бессмысленно. Столько смертей - и кто от этого выиграл?

- Нет. Во всем есть смысл. И в этом тоже.

Я что, стал прозрачным что ли? Все сегодня читают твои мысли...

- Мы все сомневаемся время от времени. Но в итоге всегда убеждаемся, что поступали правильно, - улыбается она.

Я кривлюсь и пожимаю плечами:

- Ты просто паталогически не способна принять поражение.

- Я проверю район, - говорит агент Scrаps, прислушиваясь к reciver'у. - А вы посмотрите у Оракула. Просто на всякий случай.

Я иду следом за Inity. Она задерживается возле близнецов.

- Этот жив, - замечает она.

Я достаю пистолет и стреляю, прежде чем она успевает меня остановить.

- Теперь уже нет.

- Зачем?...

- Так меньше хлопот.

Она хочет возразить, но я просто поворачиваюсь и иду поднимаюсь по лестнице. Это грубо по отношению к ней. Мы не ведем себя подобным образом со своими коллегами. Но я ничего не могу поделать. Я не в силах больше терпеть.

- Зачем?... - бросает она мне в спину.

Я не отвечаю. Не оборачиваюсь. Не останавливаюсь. Мы поднимаемся к Оракулу.

Екатерина держит в руках узи.

- Не дури, - говорит Inity.

- Подожди, - одновременно выпаливаю я.

Мы переглядываемся.

- Вы убили их. Убили их всех!

- Она не повстанец, - говорит мне Inity, словно не замечая направленного на нее оружия.

Ну да. Люди из Сопротивления ребята опытные - они стреляют, а не разговаривают.

Но я сомневаюсь, чтобы на таком расстоянии нам удалось уклониться от града пуль. Узи стреляет чертовски быстро. Если ты на 14-ом уровне, то можно проделать кое-какие фокусы, но я в своем нынешнем состоянии способен лишь на самые простенькие трюки.

- Пока не повстанец, - киваю я.

- Это может быть интересным, - Inity чуть заметно улыбается, обращаясь к Екатерине. - Мы просто делаем свою работу. Мы делаем ее хорошо...

Хорошо. Да. Может быть у девочки есть шанс выжить. Если она не будет слишком упряма.

Я вытираю запачканные кровью руки о рубашку и достаю конверт, врученный мне Оракулом.

Всего одно слово. Название места. Я знаю, где это. Я знаю, как туда добраться.

Теперь - знаю.

Мое тело внезапно сотрясает дрожь. Я падаю на грязный пол лестничной площадки, то выгибаясь дугой, то сжимаясь, как младенец в утробе матери... Я сжимаю зубы, чтобы не прикусить язык.

Припадок длится не больше пятнадцати секунд. Для меня и это - вечность.

- Что с тобой?

Два лица склоняются надо мной. Обе девушки кажутся встревоженными.

Придурок! Конечно, они встревожены! Ты выглядел как эпилептик!

Но одна из них - потенциальный повстанец. С чего ей тревожиться за судьбу какого-то агента? Какой-то программы?

Я бы улыбнулся, если б мог. Не могу.

- Помогите.

Они помогают мне встать на ноги.

- Что с тобой происходит?

- Потом расскажу. Все - потом.

Задействую подпрограмму перемещения...

[ОТКАЗАНО]

... использую полученное от Оракула слово в качестве пароля/индентификатора/места_назначения. Есть лишь одно место куда я могу попасть таким образом.

- Я не отпущу тебя, пока ты не придешь в норму.

Inity хватает меня за рукав.

Мне нужно подключиться к Матрице. Мне нужно... нужно... нужно!!!

Я стряхиваю ее руку и исчезаю из этого Здесь и Сейчас.

 

6a

Я/он - мы идем по улице заполненной спешащими куда-то людьми.

У них хорошее настроение. Они останавливаются у киосков, покупают прохладительные напитки и мороженное. Влюбленные парочки прогуливаются взявшись за руки по залитой ласковым солнечным солнцем набережной, где зеленоватые волны играют с округлыми камушками пляжа, где с хохотом барахтается в воде детвора... Мирно. Тихо. Спокойно.

Я хотела бы жить так. Я... может быть когда все это закончится.

У меня есть время. Смотрю на подмигивающие мне цифры -дешевые электронные часы на мое запястье показывают местное время - 13:44. Странно чувствовать себя в этом теле. Сохмет настояла на полном перевоплощении - она назвала это "морфингом". Я не знала как это делается, но она обучила меня. Так что теперь я выгляжу совсем как Он. Как мой суженый (если только он действительно мой суженый). Мужчина. Мне всегда было любопытно, как чувствуют себя мужчины. Теперь я знаю. Непривычное тело. Центр тяжести сместился. И... кое-что еще. Не думаю, что вам надо объяснять что именно.

13:47.

Время. Я прохожу мимо маленького кафе, где под яркими красными зонтиками с броским логотипом "Coca-Cola" отдыхающие едят мороженное, пьют эту самую колу и, кажется, пиво. Пиво - ужастная гадость на мой взгляд. Я сворачиваю налево.

Улочка плавно спускается вниз. Весело галдящая стайка моих ровесниц-студенток насмешливо хихикает, когда я улыбаюсь им. Некоторое время я не могу понять в чем дело, но потом вспоминаю что я - это еще и Он. Мы вместе.

Улица постепенно пустеет. Люди встречаются все реже. Машин, припаркованых у обочины становиться все меньше. Это тупиковая улица -она выводит меня к старому кирпичному зданию, выстроенному из красного кирпича. Этому зданию больше века.

Здесь - в Царстве Снов - в Матрице время отнюдь не замедляет свой ход. Здесь все как настоящее.

Тяжелая металлическая дверь поставлена здесь совсем недавно. Я прикрываю глаза, сосредотачиваясь, как меня учила Сохмет... Представляю себе внутренний механизм замка.

Сейчас он откроется. Вот этот рычажок - повернется, медленно и аккуратно, с легким щелчком...

Получилось!

Как объяснила мне Сохмет, чтобы влиять на что-то в Царстве снов - надо представлять, как эта вещь работает. Я несколько часов просидела изучая технические данные, чертежи, принципы работы - не только замков, но и многого другого. Заработала себе головную боль. Но сейчас главное - что это работает.

Я тяну на себя тяжелую дверь и захожу внутрь. Здесь полумрак. Я снимаю солнечные очки, быстро оглядываюсь. Никого.

На часах 14:02.

Я опаздываю на две минуты.

Поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Здесь множество заколоченных коробок. Ни на одну из них не нанесена маркировка. Оружие. Сохмет сказала, что это оружие, спрятанное моими/нашими врагами.

Могу ли я доверять ей?

Нахожу маленький ломик и вскрываю один из ящиков. И правда -оружие. Автоматы "Калашникова". Новенькие, чистые, завернутые в промасленную бумагу. Я разбираю один из автоматов и собираю его снова. Это довольно легко - мои руки словно сами знают, что именно следует делать. Я ничего не забыла. Теперь - самое сложное.

Я становлюсь в центре комнаты, закрываю глаза и сосредотачиваюсь, стараясь мысленно представить себе все здание. Представить, удержать образ и внести одно-единственное изменение, которому предстоит многократно повториться.

Мне пришлось проделать все три раза, чтобы убедиться, что я все сделала правильно.

Я вся вспотела. Здесь очень жарко, да плюс ментальное напряжение почти равное физическому усилию. Невольно морщусь, представив, как я сейчас выгляжу.

Но я не могу оставаться здесь дальше. Я и так задержалась -уже без четырех минут половина третьего. Сбегаю по лестнице - на первый этаж и слышу скрипучий визг - такой издает машина, при резком торможении.

Они приехали раньше. Или мои часы барахлят.

Встревоженные голоса.

В здание входит человек. Один из Них - в сером костюме и солнцезащитных очках.

Мой враг. В руке у него - пистолет.

Заметил меня почти сразу.

- Кто ты?

Бежать сейчас было бы ошибкой. Когда от них бегут - они стреляют. Это я помню точно.

- Я зашл... зашел сюда случайно. Я просто увидел, что дверь открыта и...

Я подхожу все ближе и ближе к нему...

- ... понимаете, я тут приезжий и искал улицу... улицу Ленина. Мне сказали, что это где-то здесь - и я хотел спросить, но тут никого не было.

Появляется еще один. Он останавливается в дверях, бесстрастно наблюдая за мной.

О том, чтобы выскочить на улицу теперь не может быть и речи.

- Он - один из них? - спрашивает второй у первого.

- Не похоже. Но в нем есть какая-то странность. Ты из Сопротивления?

- Сопротивления?

Мне даже не надо притворяться удивленной.

Первый прикладывает руку к reciver-у, прислушиваясь к чему-то.

- В здании больше никого нет, - бросает он.

Второй человек отходит в сторону, пропуская светловолосую женщину с бесстрастным лицом хирурга.

- Энджи, тут чисто. Только этот...

Женщина кивает. Подходит ко мне, изучающе смотрит, тонкими холодными пальцами берет меня за подбородок.

Противно.

Я терплю. Пальцы ее на самом деле очень холодны.

- Он не из Сопротивления. Это - наш, - говорит она, удовлетворенная осмотром. - Уходим отсюда. Быстро.

- А этот? - немного недоуменно спрашивает один из людей, кивая на меня.

- А его оставим тут.

Они уходят - быстро и без лишних разговоров, оставляя меня одну.

Они поверили мне?

Я едва успеваю выйти из дома, как подъезжает вторая машина.

В ней тоже сидят люди в костюмах. Глаза их тоже спрятаны за зеркальными очками.

И они начинают стрелять - без колебаний.

Я ныряю назад - под прикрытие стальной двери, слыша как пули с противным лязганьем впиваются в металл.

Машина. Бензобак.

Закрываю глаза...

Оглушительный взрыв. Старое здание протестующе содрогается. С потолка сыплется то ли известка, то ли штукатурка, то ли просто пыль.

Но больше в меня никто не стреляет.

 

7.

Он настолько быстр, что я вижу лишь "смазанное" нечто...

Ах, ну да! Это был, по-видимому, кулак.

Я стою на коленях, жадно хватая ртом воздух. Он бил в солнечное сплетение, но похоже ухитрился сломать мне пару ребер. Сила равна массе умноженной на ускорение. Физика. Элементарный курс. Масса у него в норме, но ускорение просто фантастическое. Когда-то и я так мог. Обидно.

Мой коллега/противник/собрат-агент поправляет сползшие на нос солнцезащитные очки.

- Как мило у нас начинается разговор, - выдавливаю я, пытясь принять более приличествующее двуногому прямоходящему вертикальное положение.

Он бьет снова.

На этот раз я не пытаюсь подняться, - просто лежу на мокрой траве глядя в небо.

Будь я человеком, полагаю это можно было бы назвать болью.

Где-то тревожно верещат диагностирующие подпрограммы.

Ошибки, сбои, неопределенные переменные. Переломанные ребра становятся мусором в моем исходном коде.

Я перекатываюсь на бок и выплевываю сгусток крови.

- Встань.

Немного подумав я подчиняюсь.

Проходит совсем немного времени, прежде чем он заставляет меня пожалеть об этом.

- Поднимайся.

- Не-а.

- Поднимайся.

- Мне и здесь хорошо. Ты ведь не будешь пинать меня ногами, верно?

Н-да. Судя по его внешнему виду - будет. Черт, да меня и самого бы не остановила такая мелочь, когда я охотился за повстанцами! Проблема в том, что я не повстанец. Я - агент, такой же как и он.

- Слушай, если у тебя есть какие-то проблемы, я уверен, мы можем обсудить их спокойно, как разумные лю...

 

Дерьмо.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо. У него, что - металлические набойки на ботинках?

- Ты не человек. И я не человек. Нам нечего обсуждать.

Хоть какая-то реакция. Хорошо.

- Верно. Я не человек. Такой же агент, как и ты. Может ты скажешь в чем собственно дело, прежде чем продолжишь?

- Не. Такой. Как. Я.

Он выплевывал слова со скоростью пулемета, сопровождая каждый ударом.

Вот будь я человеком - давно бы отключился.

И почему мне всегда так не везет?

Время отпущенное тебе для покаяния подходит к концу. Прости уж меня за слова такие, но крест это мой...

Все вы через это проходите рано или поздно...

Злость. На сумасшедшую старуху, на Оракула, на безымянного агента, который завербовал меня в тот вечер, на маленькой железнодорожной станции у разрушенного взрывом шахтового шурфа. Это было так давно... Я был молод, я был полон горечи. Я был полон ненависти. Я был преисполнен решимости. Этот странный сплав привел меня... К чему? Вот к этому. На вершину лысого холма окруженного морем серого тумана. В край, где бытие и небытие соприкасаются. В какую сторону мне предстоит отправиться отсюда?

Вера. Я утратил ее.

Веру в наше дело... или веру в себя?

С трудом поднимаю голову - и сквозь прищуренные глаза рассматриваю противника.

Перегруппировка. Задействовать боевые подпрограммы. Приглушить все остальные...

Я поднимаюсь на ноги. Боль и усталость уходят. Я -агент. Я равен ему. Я - лучше его. И я выиграю этот бой.

Блокирую удары обрушивающиеся на меня один за другим. Мне нужна лишь одна краткая пауза, лишь неуловимый миг, когда он закончит атаку, чтобы перейти к следующей...

Похоже, не слишком помогает, а? - насмешливо шепчет мне внутренний голос, пока я пытаюсь сообразить, каким образом люди ухитряются ходить по этой земле всего на двух ногах.

Это всего лишь иллюзия?

Не-е-ет. Вовсе нет. Это - реальность и наша сила в том, что мы это понимаем. Это реальность, которую мы можем изменять так как нам захочется. Мы - агенты. Я - агент. Все остальное - прочь.

Стоп. Не так. Не правильно.

Я - тот кто я есть.

[Подключить блоки памяти.]

Это замедлит скорость выполнения боевых программ.

К черту программы. Здесь я дерусь, а не программы. Не какой-то дерьмовый безликий агент. Я.

Мания величия, да?

Заткнись.

Он не так уж крут, этот ублюдок. Высший? Ха! Все мы -всего-навсего - колода карт.

На миг я вижу рой зеленых огоньков, роющихся вокруг моего противника.

- Почему ты ненавидишь меня?

- Помнишь Алису? - спрашивает он.

Болтун. Лишнее время для меня более ценно, чем для тебя.

- Что ты прицепился к этой Алисе? - зло спрашиваю я. - Я ее не убивал.

- Она была нужна мне.

- Тебе? Кто ты?

- AI-9, - отвечает он.

AI-9. Высший. Один из искуственных интеллектов, осуществляющий общий контроль над Матрицей. Как я и думал. Но это порождает массу вопросов.

- Почему ты хочешь стереть меня?

- Почему ты предал Матрицу? - отвечает он вопросом на вопрос. - Мы дали тебе все что ты хотел.

- Я не предавал Матрицу, - зло бросаю я. - Это ты отключил меня от нее.

- Сначала была Алиса. Я сомневался в тебе. Я решил проверить тебя. А твое сегодняшее представление на складе все расставило на свои места. Пришло время стереть тебя.

Представление на складе? О чем он говорит?

- Я не имею ни малейшего понятия о...

Он не дал мне договорить. Он поднял правую руку обвиняюще указывая на меня.

Мир задрожал. Расплылся зыбким отражением в громадной луже... Исходники. Все правильно. Слишком больно смотреть на них. Слишком больно.

Строчки зеленого кода. Весь мир - код. Сверкающие ручейки. Струйки плачущего дождя на оконном стекле.

Я не чувствую боли. Матрица снова со мной. Пусть ненадолго. Пусть на несколько минут - прежде чем мое "я" распадется на фрагменты, прежде чем фрагменты смешаются с мусором, прежде чем мусор будет удален вспомогательными программами... Несколько минут - это уже очень много. Наверное, даже Великим не чуждо милосердие.

Но почему? За что?..

Внезапно я чувствую чье-то приближение. ЭТО двигается по направлению к нам - невыразимо мощное и громадное. AI-9 по сравнению с ЭТИМ просто подросток. Ткань

Матрицы раздвигается и ЭТО все ближе и ближе.

Резкий хлопок - и мир приобрел свои прежние очертания. Четкие до боли. Я упал на колени. Мокрая, жесткая трава режет ладони.

Подняв голову увидел как AI-9 застыл, медленно повернулся и, бросив на меня взгляд, шагнул вперед, а земля разверзлась перед ним и сомкнулась вновь.

Так что я просто стоял на коленях и недоуменно моргал, глядя на медленно тающий в воздухе смайлик

SLDM

Потом появилась она...

Он ведь вовсе не от тебя убежал. От нее. От Этого.

Смотрит на меня с легкой улыбкой. Я не знаю, кто она. Могу только догадываться и груз моих предположений заставляет меня сгорбиться, как от непосильной ноши.

Насколько же она стара? Нет. Не так. Старость и немощь здесь ни при чем.

От нее веет чем-то древним.

- Добро пожаловать на следующий уровень.

- Уровень? - я провожу языком по пересохшим, потрескавшимся губам. -Какой?

- Разве это для тебя так важно? Знать какой он у тебя? Все равно кто-то будет позади, а кто-то впереди. Седьмой или семнадцатый - какая тебе разница?

Я киваю.

- Неважно. Это... награда или наказание?

- Это - реальность. Ты уже достиг его, только почему-то отказываешься признать это...

- Достиг?...

Может быть. Но как?...

Я с трудом поднимаюсь на ноги. Вопросов слишком много, а искать на них ответы - довольно утомительное занятие. По крайней мере - сейчас.

Что ждет меня там?

Она отвечает нараспев, прочтя мои мысли:

- Никто не приходит оттуда,
чтобы рассказать, что там,
чтобы поведать, как там,
чтобы успокоить наши сердца,
покуда и сами не пойдем мы за ними следом.

- Ты - оттуда. Скажи мне, каким я стану?

Она смеется, запрокидывая голову к небу и черные волосы развиваются на ветру...

Громадная синяя чаша небес, словно гигантский водоворот - и где-то в центре, мне кажется, я на миг успеваю разглядеть что-то... может быть это место, куда я в конце-концов приду. Кто знает?

- Ладно. Значит пора пришла идти дальше?

Я ковыряю носком ботинка замерзшую землю.

- А... я сильно изменюсь?

- Ты был человеком. Ты был программой. Ты был никем. Я не могу сказать тебе каким ты станешь теперь. Но я могу сказать тебе, что ты не пожалеешь о своем выборе.

Ну что, идешь?

Иду.

Звезда в центре меня замирает на целую вечность...

Хочешь, и я убью тебя,

Прежде чем начинает медленно пульсировать снова подобно сердцу, которого у меня нет.

Только оставлю фотки твои.

Безмолвно вспыхивают и гаснут зеленые искры данных...

После, куплю за франки очки,

Вселенная поворачивается вокруг своей оси...

Видеть никто не будет глаза...

И все становиться на свои места...

Она смотрит на то, как я меняюсь.

Я поднимаю голову и смотрю в ее глаза:

- А тот кто был здесь? AI-9. Почему он хотел стереть меня?

- По натуре Джубджуб - бесшабашная тварь,
Порождение буйной природы;
Если речь об одежде - он явный дикарь,
Обогнавший столетия моды.
Но он помнит друзей - тех, которые есть,
К подношеньям относится косо,
И на съезд филантропов мечтает пролезть,
Собирать добровольные взносы...

Взносы, значит?

У нее странная манера говорить... загадками.

Утонченный садизм.

Она начинает медленно блекнуть, словно "размываясь" по краям, превращаясь в двумерную картинку, а потом - исчезает.

А я остаюсь наедине со своими вопросами. И я намерен найти на них ответы.

 

7a

- Я не понимаю, - говорит девушка. - Что там произошло?

- Ты все поймешь, - обещает Сохмет. - Когда вспомнишь. Ты все вспомнишь и все поймешь.

Девушку не удовлетворяет такой ответ, но выбора у нее нет.

Иногда альтернатив просто не существует.

Она идет в свою комнату и ложится на кровать.

Она закрывает глаза, пытаясь вспомнить... пытаясь понять... Пытаясь вернуть себя.

 

 

Это можно было бы назвать концом, но это еще не конец, потому что древнее существо с головой львицы все стоит посреди зала с тысячей факелов и смотрит на то, как кричат в муках дети...
Потому что один из Высших, тот кто был создан последним, ищет то, что поможет ему выполнить Предназначение...
Потому что один агент, который успел побыть человеком, программой и чем-то средним, решил разыграть свою партию в этой странной игре...
Потому что Dark City - Темный Город все еще ждет того, кто придет за его секретами... Потому что Матрица еще не сказала своего слова.

 

 


Attention! You are viewing OLD version of the page. Click here for the new version of Other Side/Matrixagents.net site:
http://www.matrixagents.net.
Please update your links and bookmarks.