II.Игры

2000 (С) Константин Рогов (Agent Jack)
jackland@mail.ru

Оригинал текста можно найти здесь:
http://inity.complife/ai
http://lavka.cityonline.ru
http://fantasm.newmail.ru

Домашняя страничка Инны Шеиной
http://www.chat.ru/~nightthebest/

 

II. Игры

 

 

Бродит смерть по окраине,
в двух шагах от меня,
На крестах переплавленных
отпечатки огня,
На руках окровавленных
сбитый след рваных лет,
На холодных развалинах
полумрак-полусвет.
За пустыми глазницами
прячут дали дома,
Завывает неистово,
оборвавшись струна,
А над звонкими пулями
надсмехается страх,
Бродит смерть перепутьями,
от меня в двух шагах.

(c) Инна Шеина ака НОЧЬ: Ноябрь - 1996

 

 

начало

- Ты все равно проиграешь, - прохрипел умирающий.

Мой коллега, враг, друг и соперник... Как все смешалось! Иронично. Жизнь часто смеется над нами. Мы и в самом деле должны выглядеть со стороны довольно нелепо.

Даже не люди, а так - две программы. Всего-навсего.

- Я же упрямый. Я все равно попытаюсь.

Это, кажется, насмешило его. Он боролся с болью и улыбка превратилась на его лице в гримасу.

- Как бы там ни было. Для меня уже все заканчивается.

- Тебя восстановят. Нас всегда восстанавливают, - без особой уверенности сказал я.

- Личная присяга Сохмет... Моими бэкапами ведает она... Так что это уже буду не я...

Ему было тяжело говорить. Паузы между словами становились все длиннее. Все превращалось в невнятное бормотание.

Потом он умер.

 

1.

Вот я лежу на вершине холма, лежу прямо на еще мокрой траве и смотрю на звезды.

Я знаю, что это всего лишь обман, иллюзия, знаю, что мы не можем смоделировать в Матрице целую вселенную. Но все равно красиво. Впечатляющее зрелище.

Лежу в такой огромной луже...

Интересно, в реальном мире звезды такие же? Если они вообще там есть. Реальный мир за который так упорно цепляется Сопротивление - это странное понятие. Для меня он ничуть не более реален, чем Средиземье, Шаннара или вселенная Эндера.

Моя реальность - здесь. Уже давно и...

Навечно?

Наверное. Может быть. Не знаю.

Мысли текут медленно-медленно... Лениво...

Почему AI-9 хочет стереть меня? Почему он считает меня предателем? Джуджуб - так назвала его Древняя Сила, принявшая облик женщины и проводившая меня на следующий уровень. Я плохо помню это стихотворение. Мне не хочется взывать к Матрице, чтобы вспомнить его полностью, но это на самом деле и необязательно.

Когда я успел отдать команду? Среагировала ли Матрица на мое невысказанное желание? Так или иначе строки Кэрроловской "Охоты на Снарка" проплывают передо мной, кружа, словно призрачные бабочки. Jubjub - так пишется это слово в оригинале. Это птица. Я не большой знаток мифической орнитологии. Птица Рух, птица Феникс, священные вороны Одина... кто там еще?.. Сходу не могу никого припомнить. Почему Джуджуб? AI - это те, кто контролирует Матрицу. Те кто, контролирует действия агентов. Сторожащие сторожей. И вот один из них - AI-9 решил, что мои действия неправильны. Почему? Нет. Неправильный вопрос. Я знаю где ошибся - в деле с той девушкой, с Алисой. Гораздо интереснее - ПОЧЕМУ я ошибся? Я действовал согласно полученным приказам. Но похоже приказы противоречили друг другу.

Я запутался.

Как там сказала Древняя? Одна строчка: "Собирать добровольные взносы"... Мы собираем одну-единственную дань -жизни тех, кто противится Матрице. Но Алиса была нужна AI-9 живой. Зачем?.. Быть может AI-9 сошел с ума? Он когда-то был человеком. Разум его мог оказаться слишком хрупок. Времени на то чтобы пройти к безумию извилистой дорогой у него было достаточно. Сошедший с ума Высший.

Меня пробирает холодок.

Это может быть первым шагом к катастрофе. Что он там говорил про какой-то склад?

Черт. Почему Древние обожают говорить столь туманно?

Это входит в правила игры.

Многие могут со мной не согласиться, но я считаю, что мы играем. Это такая игра, имя которой - Жизнь. А быть может -Матрица. Впрочем, на самом деле для меня эти понятия равнозначны.

Вопросы, вопросы, вопросы...

И зачем одна из Древних помогает мне? А помогает ли? Во мне говорит здоровый скептицизм. AI-9 - один из Высших и, следовательно тот, кому я, как агент, обязан подчиняться во всем. Если бы он не решил меня стереть -я бы подчинился практически любому его приказу. Но я когда-то БЫЛ человеком. Я еще не утратил полностью инстинкт самосохранения. Отсюда и конфликт.

А кто такие Древние? Каковы их отношения с Высшими? Я никогда не интересовался мифологией Матрицы. У нас - агентов - свои легенды. Единственный наш недостаток - мы никогда не записываем их. Мы не собираемся увековечивать наш фольклер. Мы храним все в себе и делимся знаниями, слухами, апокрифами между собой, меняя одно на другое. Некоторые превращают это в своего рода хобби. Я решаю поговорить кое с кем из своих коллег, чтобы разузнать побольше. Но позже. Позже...

Пока же меня занимает вопрос о том, как мне из всего этого выбраться живым (насколько это возможно для программы) и здоровым (насколько это возможно для сумасшедшего)?

Это сарказм?

Что-то вроде.

Оставим это. Как ты себя чувствуешь на новом уровне?

Спасибо, вроде неплохо.

На самом деле - хорошо. Не знаю в чем дело - в том что была восстановлена моя прежняя личность или в повышении моего уровня. Я чувствую себя... новым, пожалуй. Как только что сошедший с конвейера, сверкающий, чистенький, опрятный сентинел... Полная оптимизация. Идеальная. И новые возможности.

Впрочем, на счет опрятности я, пожалуй, преувеличиваю, но это мелочи.

Самое главное - ушла прочь эта сводящая меня с ума незавершенность. Вернулось ощущение востребованности, ощущение Матрицы, которая окружает меня, пронизывает мою сущность... Матрица, частью которой я являюсь.

И вот теперь я валяюсь на травке, наслаждаюсь и жду... Чего? Что-то должно произойти. Что?

Ты боишься сделать первый ход?

Скорее я испытываю разумные сомнения.

Трус!

Ну ладно. Назови это так. Правда некоторые люди называют это осторожностью.

Чего ты боишься?

Я боюсь AI-9, я боюсь Древних, боюсь Избранного... достаточно?

Раньше ты не боялся.

А-а-а, пошел ты. Заткнись.

Что-то должно случиться. Обязательно. Сейчас. Прямо сейчас. Ну. Вызов или еще что.

Время остановилось. Все стоит на месте. Даже ленивые свинцовые облака в вышине, словно застыли.

Так я ждал довольно долго, но ничего не происходило. Вот такие бывают в жизни разочарования.

Хорошо. Первый ход мой. И знаешь что?

Что?

К чертям собачьим все правила!

 

1a.

Она стоит перед зеркалом, рассматривая свое отражение.

Я искала тебя
Годами долгими
Искала тебя дворами темными...
Кто ты? Кто я?

Вопросы приходят. Вопросы остаются. Ответы где-то рядом, кажется стоит только протянуть руку и... пальцы сомкнуться, ухватив только пустоту.

- Ты вспомнишь.

Это стало уже ритуалом.

Но не она сказала эти слова.

Алиса обернулась.

На пороге комнаты стояла Сохмет. Вид у нее был такой, словно она провела на этом самом месте целую вечность, но Алиса готова была поклясться, что несколько минут назад ее здесь не было.

- Что-то мешает мне, - Алиса посмотрела прямо в глаза женщине.

Брось ей вызов. Выскажи свои подозрения.

И что мне это даст? Если мои подозрения истинны - она уничтожит меня в тот же миг.

- Это нормальная реакция разума. Подсознательно ты не даешь неприятным воспоминаниям выбраться на поверхность. Подробности твоего пленения были... мягко говоря неприятными.

Такого ответа и следовало ожидать.

- Я... я хочу выбраться отсюда. Прогуляться может быть. Эта обстановка.., - Алиса огляделась. - Мне надоело сидеть в четырех стенах.

- Сейчас слишком опасно выходить отсюда. Наши враги ищут тебя везде. Нигде в Царство Снов, кроме как здесь ты не будешь в безопасности. Тренируйся. Восстанавливай свои умения. Обучайся. Когда ты будешь готова - я отпущу тебя.

- Так я - пленница?

Смуглая женщина легко усмехнулась и вышла, ничего не ответив.

Алиса услышала, как в дверном замке два раза повернулся ключ.

Комната достаточно велика - десять широких шагов от стены до стены. Окон нет.

Одна-единственная дверь.

Но это не выход.

Выхода нет.

 

1b.

В ту ночь они не занимались любовью. Давящая духота убивала желание. Она же убивала и сон.

Алекс лежал с открытыми глазами, слушая мертвую тишину, царившую на корабле.

Перед завтрашней операцией Капитан приказал отключить все оборудование, чтобы не привлекать ненужного внимания сентинелов. Охлаждающие системы не работали.

Ольга спала рядом, измученная и усталая. Последние пятнадцать часов она провела настраивая и перепроверяя интерфейсы. Сейчас ее сморил сон. Алекс от души надеялся, что она сумеет выспаться как следует.

Безумное, совершенно четкое ощущение реальности. Грубая, царапающая спину простыня. Тихое дыхание девушки, спящей рядом. Аромат ее волос. Алекс чуть повернул голову, всматриваясь в лицо Ольги. Ему по-настоящему повезло, что она с ним. Люди Сиона не больно-то благожелательны к отключенным, к выходцам из Матрицы. "Рожденный рабом - раб навсегда", - говорили многие из них. Слишком многие. А девушек-отключенных всегда меньше чем мужчин. Она выбрала его. Сделала его почти счастливым - даже здесь.

Алекс улыбнулся.

Любовь. Ради этого стоит жить.

 

2.

Вызов. Снова.

Сколько раз мне приходилось повторять эти слова, когда Матрица призывала меня к себе, ввинчиваясь в разум всполохом зеленых кодов, молчаливыми пакетами данных, огненными реками срочных вызовов.

Сколько еще это будет продолжаться? Вечность... и один день.

Снова и снова.

С некоторым раздражением я отбрасываю блок кодов который обрабатывал. Закон Мерфи. Если что-то происходит, то это что-то происходит в самый неподходящий момент. Есть такой закон или нет? Неважно. Если и нет -значит я только что его сформулировал. Жалко только что не успел закончить работу.

Итак, я готов... сейчас и всегда.

Ничто превращается в нечто. Целый мир ухмыляется мне.

Клинки наголо, джентльмены!

Данные уже во мне. Кажется, что я знал их всегда - так органично они вписываются в мои воспоминания. Приятная плавность восприятия - раньше такого не было.

Он должен быть наверху. Шестой этаж.

Я вношу изменения в Матрицу, заставляя лифт замереть. Возможно, противник засечет мое вмешательство, но это не имеет особого значения. План здания - быстро...

Новый уровень - это что-то! Я ловлю себя на мысли, что улыбаюсь. Какая-то часть моего подсознания...

А есть ли у программ подсознание? Или это называется у них многозадачностью?

... изучает развернувшуюся в трех измерениях схему здания. Похоже на голограмму из фантастического фильма. Когда-то люди умели делать подобные вещи. Если, конечно верить архивным данным. Но некоторая часть информации в них просто вопиюще апокрифична.

Итак... Шестой этаж. Здесь есть лифт, а также две лестницы -основная и пожарная. Которая?

Я делаю выбор и бегу по коридору, сворачиваю налево, тяну на себя тяжелую дверь...

Пули разносят дверной косяк, рядом с моей головой.

Как-то все слишком легко.

Машинально стреляю в ответ.

Так надо?

Ответ приходит практически мгновенно:

[Надо. Оптимальное решение в данной ситуации.]

Это тоже что-то новенькое.

Человек сдавленно хрипит, повисая на перилах... Пистолет падает на пол у моих ног.

Я подхожу к умирающему. Ритуальный вопрос вырывается из моих уст сам собой:

- Ты готов перейти на нашу сторону?

Человек с ненавистью смотрит на меня. На губах его пузыриться кровавая пена.

Жаль...

Воздух с хриплым клокотанием вырывается из его легких - в последний раз. Присев рядом, я закрываю человеку глаза.

- Мертв?

Я оборачиваюсь.

- На все сто.

Ей не нравится мой ответ.

Аккуратное "каре" на голове. Волосы светлые. Глаза голубые. Строгий деловой костюм.

А она не нравится мне.

- Время - так себе.

Я пожимаю плечами. Мне здесь больше нечего делать. И разговаривать с этой... тоже не хочется. Она загораживает мне выход.

- Уйди с дороги.

Она не двигается ни на миллиметр.

- Ты мог действовать и расторопнее.

- Мы действуем по собственному усмотрению. Мы не отчитываемся ни перед кем.

- Теперь тебе придется отчитываться, - спокойно уведомляет меня она. -Передо мной.

Я паскудно улыбаюсь. Когда надо - я умею выглядеть настоящим подонком. Мне часто говорили, что у меня к этому талант.

- А ты сама-то вообще кто?

- Агент Энджи. Твой новый начальник. Будем знакомы.

- Мы работаем поодиночке.

- Не всегда. Было решено, что тебе будет полезно поработать в команде. Ты должен отточить полученные новые навыки. Я буду твоим инструктором.

Да, она мне не нравится. Совершенно не нравится. Я ненавижу таких как она - холодных, самоуверенных расчетливых сучек.

Мужской шовинизм? Сексизм?

Чушь собачья. Не будь сексуально озабоченным придурком. Дедушка Фрейд был склонен к фантазиям.

- Кто принимал решение?

- Высшие.

Высшие. Это может быть кто угодно из AI.

Меня пробирает дрожь.

Слишком близко. AI-9? Его рук дело?

- Пойдем.

- Куда?

- За мной.

Она поднимается по лестнице. Я задерживаюсь, чтобы подобрать пистолет убитого.

Не стоит оставлять такие вещи без присмотра.

Шестой этаж, крохотная гостинка с совмещенным санузлом, маленькой газовой плитой и раскладушкой, заваленной ворохом компактов и зип-дисков. Дешевый китайский магнитофон орет что-то из "Offsprings".

Двое агентов склонились над ноутбуком.

Энджи подходит к ним, бросая мне:

- Выключи.

Она имеет в виду магнитофон? Я на всякий случай оглядываюсь. Здесь больше нечего выключать.

Достаю пистолет и стреляю.

Становится очень тихо.

Мои коллеги, все трое, синхронно поворачиваются ко мне.

- Зачем ты это сделал? - спрашивает меня Энджи.

- Вы приказали, чтобы я его выключил, - пожимаю плечами я.

- Это можно было сделать обычным способом.

- Так было быстрее. Учусь быть расторопнее, вы же сами этого хотели.

Не мечите бисер перед свиньями. Она не отреагировала вообще никак. Просто отвернулась - и все.

Один из агентов еле заметно кивает мне.

Мне требуется несколько секунд, чтобы разыскать информацию в старых блоках памяти. Я знаю этого парня, но не знаю кто он, - на этих воспоминаниях поставлен ограничитель "ЗАПРЕЩЕНО". Я сам его ставил. Когда? Зачем? Почему? Сколько вопросов - и ни одного ответа. Когда я ставил ограничение я знал почему не хочу вспоминать этот отрезок этой жизни. Почему не хочу, чтобы эти воспоминания тревожили меня. Что же там?

Ты тоже прячешь скелет в своем шкафу?

У каждого из нас есть припрятанный скелет.

Я оцениваю ситуацию. Информация может оказаться жизненно важной, учитывая что охота на меня еще не прекращена. И, так или иначе, я же не стер ее начисто, просто поставил ограничитель доступа. Ну ладно...

[Снять ограничения. Подключить блок.]

Воспоминания обрушивается на меня каскадом звуков, образов, запахов... Водоворот чувств. Смятение. Застарелая боль. Теперь я знаю кто этот агент и почему мы с ним знакомы. Хотя предпочел бы не знать.

Я ко всему прочему еще и параноик. Я не верю в случайности. Любую информацию предпочитаю, когда есть возможность, проверять из двух-трех независимых источников. И то, что во время кризиса, развязка которого не за горами, я определен в одну команду с этим человеком - внушает определенные подозрения.

Чертовски сильные подозрения на самом деле. Это дурно пахнет.

Его зовут Виктор. У него есть причины для ненависти ко мне. Я завербовал его походя, даже сам не знаю, как это у меня получилось...

 

Лето. Солнце. Жаркий мар, поднимающийся от плавящегося асфальта. Бригада рабочих в ярко-оранжевых одеждах что-то обсуждает возле экскаватора. С их стороны до меня долетает цветистый мат.

Я сижу в машине и жду.

Двенадцатая квартира типовой советской "хрущевки" - настоящий притон. Давно подсевшей на наркоту хозяйке уже все равно. Я жду. Сопротивление охотно пользуется услугами отчаявшихся людей. Грязную работу вовсе не обязательно делать своими руками. Жизни повстанцев для Сопротивления - дороги, жизни же простых людей - не стоят ничего.

Я жду курьера. Курьера повстанцев, с партией героина, деньгами и каким-то заданием. Желательно взять его живым, но это не первостепенная задача. Он все равно не знает ничего важного.

Молодая мамаша входящая в подъезд отпадает. Шестилетняя дочь, которую она тащит за руку, слишком мала, чтобы быть перенести отключение. До некоторого возраста разум слишком хрупок чтобы перенести переход на более глубокий уровень реальности. На всякий случай - запрашиваю у Матрицы данные о жильцах дома.

Мамаша и дочь живут в третьей квартире. Ее муж работает в милиции. Пьет, изменяет, избивает жену и оказывает мелкие услуги криминальным структурам.

Настоящая скотина, но он меня не интересует.

На некоторое время я задумываюсь почему Матрица не ставит перед нами задачи по уничтожению антиобщественных элементов. Это существенно улучшило бы жизнь прочих. Но нет. Мы лишь сохраняем status quo, поддерживая существование данной реальности, предоставляя людям самим разбираться со своими проблемами. Вообще-то это правильно. Мы ведь не цепные псы. Мы не ограничиваем жизнь людей в Матрице, не ставим перед ними каких-то запретов. Они свободны в этом мире. Они сами за себя отвечают.

Пара стриженных качков ошивается у подъезда, ожидая кого-то. Через дорогу мнется возле продуктового киоска длинный тощий парень, время от времени поглядывая в их сторону. Я соображаю, что ему скорее всего нужно в двенадцатую, но он не решается пройти, пока качки тут. Может это и есть - курьер? Нет. Он ненадежен.

Но вот подкатывает новенькая, белого цвета "Тойота-Королла". Это курьер. Через какое-то время такие вещи начинаешь чувствовать.

На вид ему лет двадцать.

Качки изучают его внимательными взглядами. Он не обращает на них внимания. Если понадобиться - он устранит их в одно мгновение.

Я выхожу из машины, иду к подъезду...

Пара скучающих взглядов. Эти быки похоже давно обленились.

Они следуют за мной в подъезд. Ясно. Эти ребята обеспечивают безопасность сделки. Криминальные структуры в любом обществе отличаются от прочих здоровой подозрительностью. Я вырубаю их и оставляю отдыхать на ступеньках.

Поднимаюсь на четвертый этаж и нажимаю кнопку звонка.

Дверь мне открывает еще один детина с бычьей шеей, на вид -явный уголовник. Нам запрещено убивать людей в Матрице если только они не повстанцы. На самом деле - не то, чтобы запрещено, просто мы стараемся этого не делать. В отличие от повстанцев.

Я вырубаю и этого.

Поднимается легкая суматоха. Мне приходиться успокоить еще парочку черезчур рьяных. Перешагиваю через тела, заглядываю в кухню, прохожу в комнату... Люди, находящиеся там почти не реагируют. Вонь стоит - хоть топор вешай.

Исколотые, бледные, вялые тела в которых осталось так мало человеческого.

Ради них мы храним этот мир?

Да, - отвечаю я самому себе. - И ради них тоже. Они все-таки люди.

Курьер загнан в угол. Бежать некуда. Тогда он начинает танец. Поскольку он нужен мне живым я выбираю айкидо, чтобы погасить его агрессию, не причиняя настоящего вреда.

Тем обитателям притона, кто еще не до конца погрузился в мир наркотических грез происходящее кажется сном, но они и без того проводят всю свою жизнь во сне, так что неприятностей никаких не доставляют. Лишь один из них наблюдает за нами широко раскрытыми глазами. Я киваю ему и жестом приказываю не двигаться.

Я обезвреживаю повстанца, выуживаю из него информацию. Он упорен, но не слишком опытен. На то чтобы сломать его не требуется много времени - информация льется рекой.

Один из зрителей вдруг начинает истошно кричать. Он бросается к стене и начинает царапать ее ногтями. Я вырубаю его до того, как он успевает причинить себе настоящий вред.

Мой наркоман впитывает все, как губка. Пусть. Ему все равно никто не поверит.

Последний вопрос, ставший уже традицией.

- Ты готов перейти на нашу сторону?

У курьера нет сил, чтобы ответить мне. Этого и не требуется. Будь ответ "да" - все изменилось бы само собой.

Но ответ "да" приходит. Приходит оттуда откуда я его не жду. Изумрудный вихрь кодов сплетается тугой спиралью вокруг молодого наркомана. Это больно. Это мучительно. И это... прекрасно в каком-то смысле, потому что на моих глазах рождается один из нас. Один из тех, кому судьбой было предназначено стать агентом. Потом все кончается. Парень неуверено осматривается, прищуривая глаза.

Я отдаю ему свои темные очки. Первое время его глаза будут болеть очень сильно.

Он надевает их и протягивает мне руку.

- Меня зовут Виктор, - говорит он.

 

 

Нас связывает любовь к давно мертвой женщине и тихая ненависть друг к другу. Страшный сплав золота и свинца.

 

 

Позже... Я разберусь с этим позже...

Пока коллеги занимаются ноутбуком, я рассматриваю компакты и зипы. Большинство не маркированы. Я считываю информацию с них прямо через Матрицу, выборочно просматривая фрагменты файлов. Ничего особенно интересного.

Звонок.

Ну хоть какое-то развлечение в этой унылой компании. My favorite game.

Трубка мобильника завалилась за раскладушку.

Энджи требовательно протягивает руку. Я полностью игнорирую ее жест.

- Да?

- Оператор на линии.

- Я слушаю.

- Завтра в 18:00 прибудет свежая партия. Приготовь все к встрече.

- Понял.

Пауза.

- Алексей?.. Ты в порядке?

Ну, положим, не совсем Алексей.

- Я все сделаю, - говорю я и прерываю разговор.

Энджи смотрит на меня. На лице ее - ни следа раздражения, как будто все идет так как она и запланировала. Словно это она приказала мне вести разговор. Интересно, до каких пор она готова терпеть мое непослушание?

- Кто это был?

- Оператор корабля. Сказал, чтобы завтра в 18:00 все было готово к приему свежей партии. Но не сказал чего именно.

Она кивает.

- Филип, прихвати ноутбук. Мы уходим отсюда.

- Возможно, следует оставить несколько "жучков", -высказываю я свое мнение.

Филип кидает на меня презрительный взгляд. Профессионал до мозга костей, черт бы его побрал. И он уже работает над этим - выкладывает рядком на пол шесть замысловатых металлических цилиндриков.

Я смотрю на то, как "жучки" начинают морфировать. Великолепное изобретение. Один из них расплывается пятном от пролитого кофе, прочие превращаются в тараканов и мух.

Вот кто мы на самом деле. Повелители мух.

Вся прелесть в том, что жучки на самом деле превращаются в составные части Матрицы - их практически невозможно засечь, если не знать точно где искать.

Мы спускаемся вниз, аккуратно заперев дверь квартиры. Тело убитого мной повстанца уже исчезло - я не сомневаюсь, что об этом позаботился кто-то из наших. Все кто мог что-то видеть или слышать будут допрошены, после чего соответствующие отрезки их памяти будут стерты. Нас здесь не было. Никогда.

- Виктор, Джек, вы пока свободны, - говорит нам Энджи. -Подготовьтесь к завтрашней операции. Филип, пошли.

Я поворачиваюсь к своему старому...

Боже, какому же старому знакомому!

... другу/врагу/коллеге/сопернику? Не знаю.

- Вот уж не думал, что мы когда-нибудь встретимся, - наконец говорит он.

- Мир тесен, - кривлюсь я в своей привычной улыбке. - Он совсем крохотный, наш мир. Запросто уместится на кончике иглы.

 

2a.

- Оператор, я вошел.

- Принято. Объект на месте, - услышал он голос Ольги, перебиваемый шуршанием помех. - Удачи. Я люблю тебя.

Мобильник в карман, проверить оружие, прислушаться к своим ощущениям... Кажется, все чисто. Алекс давно научился доверять своему внутреннему голосу. Сегодня голос молчал. Значит, все будет в порядке.

Он вышел из здания на залитую солнцем улицу. Нацепил темные очки, в который раз поймав себя на мысли, что это делает его похожим на агента. На самом деле Алекс был одет в светлый костюм слегка легкомысленного покроя. Ему хотелось снять пиджак, оставив черную футболку с роскошным цветным рисунком из телесериала "X-files", но тогда будет видна "сбруя" и пистолеты. Придется терпеть.

Его уже ждала черная машина с затемненными стеклами. Номера правительственные - такую не будут останавливать гаишники. Ребята из службы поддержки сработали хорошо.

 

2b.

Царство снов.

Не похоже это на сон. Самая реальная реальность.

Ослепительно голубое небо над головой. Нестерпимо яркое солнце. Люди. Живые, настоящие люди.

Алиса была здесь во второй раз. Теперь ощущение реальности стало еще более сильным.

Она отрицательно покачала головой в ответ на громкогласный призыв уличной торговки купить "свежие беляшики", и чуть улыбаясь углубилась в людскую толпу суетящуюся между двух рядов торговых киосков выстроившихся вдоль длинной узкой улочки.

Из динамиков установленного на лотке магнитофона неслось:

- Бьется родная в экстазе пылая
Владивосток 2000...

Теперь Алиса улыбалась еще шире.

В день когда нашла
С ума сошла...

Она нашла. Она вспомнила. Пусть не все, пусть кое-что ускользало из ее памяти, но самое главное она теперь помнила. И будет помнить всегда.

Отец...

Мягкая волна печали, благодарности, глубоко спрятанной тоски...

Филип...

Сладостные воспоминания, радостное томление в предвкушении встречи...

Агенты...

Глухая стена неприязни и отчужденности...

Повинуясь минутному порыву озорства Алиса остановилась возле стенда, где продавали темные очки и купила себе пару. Полюбовалась своим отражением в исцарапанном зеркале.

Вам не надо было меня убивать. Это было совсем ни к чему.

Вам не надо было разлучать нас с Филипом. Люди Сиона, агенты Матрицы -все вы в сущности одинаковы. Все вы хотели помешать нашей любви. И если вы еще раз посмеете встать у меня на пути - пожалеете.

Теперь, когда Сохмет так много поведала ей, так многому обучила ее, Алиса не сомневалась в своих силах. И что еще важнее - она обрела то, чего ей так не доставало в прошлом -уверенность в своей правоте.

Сохмет обещала помочь ей разыскать Филипа. Но для этого надо было кое-что сделать. Пару вещей. Совсем простых.

 

3.

- Выпьешь?

Виктор роется в холодильнике.

- Немного может быть.

- Я думал, что ты уже переделал себя. Когда мы виделись в последний раз ты был очень близок к этому.

- Слишком долго все рассказывать, - пожимаю я плечами. -Давай я помогу колбасу нарезать что ли?

Вик чуть заметно улыбается.

Квартирка у него не такая уж большая, если учесть его возможности. Он мог бы жить в шикарном коттедже или купить себе виллу где-нибудь в средиземноморье, но предпочитает обычную трехкомнатную квартиру, правда улучшенной планировки, в пятиэтажке. Говорит, здесь ему уютно. Я могу это понять.

Вообще не многие из нас имеют постоянное место жительства. Время между заданиями мы коротаем либо в черной пустоте, либо в путешествиях, стремясь удовлетворить свое любопытство относительно всего сущего. Впрочем и то и другое быстро надоедает и работа становится смыслом жизни, вытесняя все остальное. Полагаю, нас можно назвать трудоголиками в самом худшем смысле этого слова. Но Виктор - он всегда отличался от нас.

У него даже жена была - уже когда он был агентом...

Я мысленно беру себя за шиворот и хорошенько встряхиваю.

Заткнись-заткнись-заткнись!!!

Едва сдерживаюсь, чтобы не закричать. Мой внутренний голос затихает.

Водка, огурцы, салат, колбаса. Немного - и это правильно. Не стоит превращать закуску в еду, как гласит пословица. Я уже не помню даже чья.

- За встречу.

Выпили, закусили... Два агента после трудовых будней. Повстанцы бы не поверили.

Им нравиться представлять нас безжалостными монстрами. Не буду спорить - картина нетипичная, но не невозможная.

- Так что с тобой случилось?

Я хмыкаю, тяну время... не люблю я откровенных разговоров:

- Между первой и второй...

Виктор наливает снова.

Хорошо. Может быть, если я напьюсь, то мне будет легче говорить? Вряд ли. Если выпью слишком много - обязательно засну... Сон. Я забыл что это такое. Программы не нуждаются во сне. Не помню, чтобы напивался будучи агентом. Интересно, что получиться...

- Так ты расскажешь или нет, что произошло?

Не хочется.

Интересно, насколько сильно он меня ненавидит?

- Сначала ты. Чем вы занимаетесь? Энджи, Филип, ты - это смахивает на спецкоманду.

Виктор мрачнеет.

- Четыре агента могут больше, чем один. Мы... ты сам увидишь через несколько часов.

- В чем дело? Я все равно увижу, почему бы не рассказать мне сейчас?

- Я предпочел бы не рассказывать. Такие вещи... не знаю как ты это воспримешь. Я вообще не знаю почему тебя направили к нам. Ты не подходишь для такой работы. Совсем. Если только не изменился настолько сильно, что успел стать собственной противоположностью, - он окидывает меня изучающим взглядом...

Если он попытается хоть мельком оценить мою программную структуру - я ударю. Не знаю чем, но попытаюсь убить его. Я тоже на взводе.

Но он ограничивается взглядом. Потом:

- Еще по одной.

- Хорошо.

Я дожевываю салат, запиваю соком, закуриваю сигарету...

Мы ведем себя почти как люди. Наверное инстинктивно, пытаемся сгладить напряжение, прикидываясь теми, кем на самом деле не являемся. Пытаемся вытащить наружу то что сближает нас, делает нас похожими друг на друга.

Виктор ждет. Внешне он совершенно расслаблен, но в его случае внешность столь же обманчива как и в моем.

- Это началось некоторое время назад, когда в Матрице были зафиксированы определенные изменения, - начинаю я.

- Я слышал об этом. Женщина из Сиона подключилась к Матрице используя эксперементальный интерфейс, - кивает Виктор. - Ее нашли и уничтожили, прежде чем интерфейс был запущен в массовое производство.

- Неверно. И будь добр меня не перебивать, пока я не расскажу все.

Это заставляет его замолчать.

- Интерфейс был разработан в Сионе, но его изобретатель решил не передавать свое творение в руки руководства города. Повстанцы его устранили, но его дочь - Алиса сбежала из Сиона на корабле своего отца прихватив прототип интерфейса и всю документацию. Она была не женщиной, Виктор, а девочкой. Лет восемнадцать - не больше. Ее способности были феноменальны и мы не могли предоставить ей самой распоряжаться своей жизнью. Сион также предпринимал определенные усилия, чтобы вернуть Алису и интерфейс. Мне повезло и я выследил ее. Я был уверен, что ее следует уничтожить. Ты понимаешь, как она была опасна для наших планов.

Вик кивает.

- Восемнадцатилетняя! Да. Она могла наделать глупостей. А если бы до нее добрались повстанцы... Прогнозы были... просто катастрофичными, да?

- Именно. Хуже, чем ты себе представляешь. Поэтому я был очень удивлен, когда уже выйдя на финишную прямую получил приказ оставить ее в живых и попытаться перевербовать... но не убивать. Ни в коем случае.

- Это кажется странным. Кто отдал приказ?

- Общий пакет данных, без конкретной индентификационной метки. Это мог быть кто угодно из Высших. Выполняя приказ я столкнулся с другими нашими коллегами - которые имели прямо противоположный приказ -уничтожить Алису любой ценой... Да, можешь быть уверен - я оценил твою высоко заломленную бровь, - болезненно кривлюсь я. - Я не стал выяснять тогда кто именно отдал им приказ, да и в любом случае уверен, что тот тоже был без "подписи". Сказать, что меня тогда здорово потрепали - значит не сказать ничего. Я был близок к полному стиранию личности. А мой восстановленный, "бэкап", готов поспорить, ничего не помнил бы о деле Алисы.

Он не принял пари, ты заметил? А ведь общепринятая точка зрения состоит в том, что Матрица не занимается насильственным перекраиванием личности... Незаметно, мало-помалу внося изменения, приводя личность каждого агента к некому неведомому нам идеалу - да. Но не насильно. Мы все делаем свой выбор сами.

Он знает?

Возможно, подозревает. Как давно? Как много?

- Мы забрались на крышу одного здания. Алиса стояла на самом краю... Я пытался уговорить ее...

"Встань на нашу сторону и мы позволим тебе жить здесь, в Матрице. Жить так как ты захочешь. Быть тем, кем тебе заблагорассудиться. Все что пожелаешь".

- ...но потом я... меня... я думаю ко мне подключились... Не знаю кто.

"Все мы - инструменты. И мы можем лишь выбирать для чего нас будут использовать".

... - я давил на нее слишком сильно, подталкивал к краю, сам не желая того... а потом - она шагнула вперед - прыгнула с крыши. Я застыл. Оцепенел. Мог бы внести изменения в структуру Матрицы, или просто мог остановить ее, но... тогда я ничего не мог. Выполнение моих программ... меня... Матрица словно застопорила меня. Подвесила на паузу. И девушка погибла. То есть я думал, что она погибла до последнего времени.

Я остановился, отхлебнул еще сока, промочив пересохшее горло, закурил следующую сигарету...

- А теперь ты изменил свое мнение?

- Слушай дальше. Я связался с сентинелами и отслеживал все поступающие от них рапорты, касающиеся розыска корабля Алисы. Корабль был найден и уничтожен согласно еще одному полученному из Матрицы приказу. Без какого-то исследования. Согласись, что это было нерационально - мы могли бы по крайней мере разобраться в принципе действия интерфейса...

- Возможно, у отдававшего приказ были другие соображения.

- Возможно. Я не акцентирую на этом внимания. Это лишь любопытный косвенный факт. Я практически забыл об этом эпизоде. Вообще об этой истории с Алисой... На самом деле, подозреваю, на меня оказали воздействие...

- Кто? Почему ты так думаешь?

- У тебя просто талант - задавать нужные вопросы. Может быть тебе стоит заняться вытрясанием кодов Сиона из Капитанов? -замечаю я. - Не так давно я был стерт. Начисто. А когда восстановился из бэкапа, то попал в неприятную ситуацию -завис вне-Матрицы, изолированный одним из Высших. Предвосхищая твой вопрос скажу, что он выглядел как рой зеленых огоньков. Он задавал мне вопросы о том, почему я убил Алису, почему не спас ее, как мне было велено. Я так понял, что приказ о ее спасении отдал мне именно он. Но восстановившись тут я обнаружил, что мои воспоминания о том деле неполны. Заблокированы начисто. Так жестко, что я считал, что их вообще нет, что я их стер. Этот тип был очень расстроен и мне просто чудом удалось от него смыться. Я вывалился в Матрицу и обнаружил, что потерял практически все свои способности. Потребовалось время, чтобы восстановить их. Я встретился с Оракулом и она устроила мне еще одну встречу с Высшим, чтобы он вернул мне способности. Там он едва не пришиб меня... Если хочешь, дам совет на будущее - в случае, если у тебя когда-нибудь возникнут проблемами с кем-то из Высших, то запасись хорошим покровителем. Мне помогла одна из Древних Сил- Высший просто смылся, не успев меня прикончить, а она одарила меня своей лаской, милостью и новым уровнем... Не успел я толком решить что делать дальше, как меня назначают в вашу команду, причем кто именно -я не знаю. Теперь понимаешь, почему я такой дерганый?

Виктор долго молчал, машинально выстукивая на крышке стола какой-то незнакомый мне мотивчик.

- Высшие, Древняя... Довольно запутанная история, Джек. Что ты знаешь о них?

- О Высших? Практически ничего, если не считать того, что они Координаторы, надзирающие за Матрицей и при необходимости вмешивающиеся в дела Агентов. Они -Искусственные Интеллекты, почти все, за исключением разве что парочки, которые на самом деле - были когда-то людьми. А о Древних - вообще ничего, кроме того, что они на нашей стороне и еще сильнее, чем Высшие.

- Неприятно. Ты крепко влип.

- Может, расскажешь мне - куда?

Он отвернулся.

- Через некоторое ты сам узнаешь больше, чем тебе хотелось бы.

- Ты знаешь что-нибудь о AI-9?

Молчание.

- О Древней, которая конфликтует с ним?

Он снова промолчал.

Напряжение было почти физически ощутимым.

Не хочет помочь мне разобраться? Могу ли я ему доверять?

Иногда лучше спросить напрямую.

- Ты ненавидишь меня?

- Да, - признался он. - А ты - меня?

Есть ли у меня причины для ненависти? Могу ли я ненавидеть тебя, Виктор? Не знаю. Не знаю, черт возьми! Просто не знаю. Я ненавижу самого себя, мой старый приятель. За то, что я сделал когда-то. За то, что я оставил Ее. Помню я как-то сказал Ей: "Ничто в жизни не стоит того, чтобы воспринимать это слишком серьезно"...

Глупец!

Да. Правильно. Глупец. Она того стоила. Она стоила всего на свете. Я любил ее, когда был человеком. Я любил ее когда стал агентом. А потом она ушла от меня, не в силах примириться с тем, что я делаю. С тем кто я есть. И тогда я стал стирать себя. Стирать свою личность, закладывая на место старых воспоминаний новые - те, где Ей не было места. Те где Ее не существовало. Но прошлое имеет свойство возвращаться и чем быстрее ты бежишь от него, тем сильнее оно ударяет тебя, когда настигает вновь. Снова и снова...

А потом - вот уж поистине странный поворот судьбы. Она встретила Виктора. Он был младше ее - намного младше, но он сумел ей дать то, чего не сумел дать я.

Любовь, может быть. И ложь.

Смертельную ртутную ложь... Такую же яркую, блестящую, завораживающую...

Он не сказал Ей, что он агент и когда правда раскрылась, Она не смогла примириться с это правдой. И однажды вечером он нашел ее в ванной - со вскрытыми венами. Она плавала в красном озере крови.

Конец истории.

- Не знаю. Скорее всего - да, - признался я. - Мне было бы... легче жить знай я, что она нашла свое счастье.

Я не стал говорить, кто "она". Это было ни к чему. Мы слишком давно знаем друг друга. В тот день, когда мы узнали, что она умерла, мы тоже умерли, превратившись в ходячие трупы. Программы.

"Я ненавижу тебя. Тебя и таких как ты"...

Больно. Больно вспоминать такое. Но пока нас не стерли, мы обречены носить в себе эту боль. Каждый час, каждую минуту. Каждый миг.

 

3а.

Предварительная обработка уже была проведена.

Многозначительные намеки, звонки, странные встречи, тщательно срежиссированные события "невольным" свидетелем которых становился Глеб. Он был уже готов.

Оставалось только прийти и забрать его.

Предложить ему выбор. Предложить ему две пилюли - красную и голубую. И нет никаких сомнений по поводу того, какую он выберет. Никто еще не отказывался от истины, столь красиво преподнесенной, чуть приправленной тайной, слегка посыпанной мистикой, немного поперченной призывами к скрытым амбициям. Стань одним из спасителей мира, парень! Стань одним из бойцов невидимого фронта! Мы нуждаемся в тебе! Ты -тот, кто может стать Избранным!

Все это уже было. И работало безотказно.

Алекс нажал на кнопку звонка.

Звук быстрых шагов за дверью. Светлое око дверного глазка на несколько секунд потемнело.

- Кто там?

- Мне назначена встреча, - ответил Алекс. - Помнишь форум "Скрытая Реальность"?

Звякнула дверная цепочка. Защелкали открываясь замки. Дверь распахнулась.

Глеб - в застиранных почти до белизны, когда-то голубых джинсах и футболке с логотипом "Verica.com" подслеповато помаргивая смотрел на Алекса.

- Входите.

Алекс прошел за ним в комнату, стены которой были оклеены постерами с изображениями рок- и кинозвезд. Основной мебелью здесь был стол на котором гордо возвышался 17-дюймовый мультимедийный монитор "MAG". Системный блок был спрятан под столом. Да еще софа у стены, засыпанная ворохом распечаток.

- Время поджимает, - сказал Алекс. - Надо решать. Ты готов сделать свой выбор?

Глеб переминался с ноги на ногу. Бросил быстрый взгляд на экран монитора где мерцало неоном окошко какого-то сайта.

- Я хотел бы узнать побольше.

- У тебя было достаточно времени. Мы больше не можем ждать. Скоро здесь будут те, кто не предложит тебе выбора. Они выжмут тебя, вывернут на изнанку, а то что останется -выбросят.

Алекс лгал без колебаний. Агенты тоже предлагают выбор. И есть еще несколько дней до того, как они выйдут на Глеба. Но им нельзя давать шанс. Красная пилюля? Голубая? Сопротивление играло по правилам которое установило само. Одна из пилюль отключает от Матрицы. Вторая... Вторая стирает память... фигурально выражаясь. Это конечно было правдой, вот только не всей правдой. Мертвый человек ведь тоже ничего не помнит, верно? И мертвый никогда не будет завербован Матрицей.

- Я согласен.

- Поехали.

- Мне надо собрать вещи.

- Тебе не понадобятся вещи. Просто оденься, запри квартиру и поедем.

- Куда?

- Туда где ты узнаешь правду.

Пилюли - вещь хорошая, но по возможности использовалось и дополнительное оборудование. Это избавляло от многих хлопот.

- Да. Я сейчас.

Алекс терпеливо ждал, пока Глеб выключит компьютер, найдет белые потрепанные кроссовки и ключи от квартиры.

- Я готов. Идем? - Глеб открыл дверь.

На лестничной площадке их ждала девушка. Девушка не похожая на агента. Ждала терпеливо и по всей видимости уже довольно долго. Алекс не раздумывал, инстинктивно уловив какую-то неправильность данной ситуации.

Он выхватил пистолет.

- Пойдем со мной, - сказала девушка, протягивая Глебу руку.

Алекс нажал на курок. Пистолет заклинило. Повстанца что-то подхватило и отшвырнуло через весь коридор - в комнату.

- Пойдем со мной, - повторила девушка, чуть повысив голос. -Я покажу тебе изнанку мира.

Глеб вздрогнул и, не сводя с незнакомки совершенно безумного взгляда, послушно взял ее за руку.

Хлопнула закрывшись дверь.

Алекс остался в одиночестве, в тишине, которую нарушало только мерное тиканье часов, доносившееся откуда-то из кухни. Он попытался достать мобильник, но не смог пошевелиться. Все что он мог - смотреть прямо перед собой на большое, в рост человека, зеркало. Зеркало, где не было его отражения.

Зеркальная поверхность на миг посерела и в комнате появилась бледная рыжеволосая женщина. Ее улыбка почему-то наводила на мысли о плохих фильмах ужасов.

Женщина подошла к Алексу и медленно склонилась над ним. Кончиками пальцев она провела по его груди. Отливающие серебром ногти легко вспороли его футболку, разрезав мужественное лицо агента Малдера на две симметричные половины.

- А сейчас приготовься кричать, - прошептала женщина.

И Алекс закричал.

 

4.

А девушка пьяна, уже который день...

Энджи смотрит на меня ничего не выражающим взглядом.

Согласен - я представляю собой не слишком привлекательный образчик агента. Куда делся аккуратный, подтянутый, чисто выбритый и благоухающий дорогим одеколоном агент Джек, гроза Сопротивления, смерть, летящая на крыльях ночи?... и дня впрочем, тоже, но это уже совсем другая история... Что куда исчезает в этом мире? Или быть может не исчезает, а морфирует во что-то другое? Мне плевать.

Виктор выглядит получше, но кот, сидящий у него на плече определенно портит впечатление. Я не смог выпытать у него где он раздобыл эту зверюгу. Он заявил, что сконструировал его сам. Взял исходный код обыкновенного домашнего кота, усовершенствовал и получил то, что он называет Виром. Никогда не слышал, чтобы кто-то так поступал. Виктор всегда был со странностями. Может быть ему просто не хватало компании?

- Что это еще за зоопарк? - спрашивает наша начальница.

- Это... это...

Виктор мнется.

- Это называется кот, - любезно прихожу ему на помощь я. -Латинское прозвание - tabes dorsalis. Домашнее животное. Имя собственное - Вир.

- Это очень интересно. Но у нас работа. Я надеюсь вы в состоянии выполнить задание?

- Еще бы, - заверяю я. - В полном порядке.

- Я слышала о вас много хорошего, Джек. И, откровенно говоря, была о вас лучшего мнения.

Тонешь, тонешь, не потонешь... Ты сломаешься однажды...

Я пожимаю плечами.

- Такой уж я. Не нравится - оставьте меня в покое. Я прекрасно работал в одиночку.

- Я уже говорила вам, что это не моя прихоть. Это решение Матрицы. И прошу вас не усложнять мне работу.

- Матрица - понятие обтекаемое, - замечаю я. - Вы ведь не скажете мне от кого именно из Высших исходил приказ?

- Совершенно верно. Не скажу.

- В таком случае не вижу причин идти вам навстречу.

- Мы поговорим об этом. Позже, - обещает она мне. - Филип ждет нас. Двигаемся.

"Двигаемся" - самое подходящее слово. Только что мы находились в квартире Виктора, где так неожиданно появилась наша начальственная мисс гарпия, а потом - скупая цепочка координат, и мир подергивается рябью, кружит ворохом черно-белых снежинок, но вот - мы на новом месте.

Кого-то ждет вокзал...

Вокзал. Я бывал здесь раньше. Много раз.

Ни Виктора, ни Энджи рядом со мной нет. Я следую инструкциям. Прежде всего - избавляюсь от алкогольной интоксикации. Это довольно просто, когда ты агент. И даже голова после этого не болит.

Прогуливаюсь вдоль ряда сморщенных старух торгующих семечками, жвачкой и сигаретами. Топчусь возле газетного киоска, требуя у продавщицы свежие газеты, долго разменивая сотенную купюру на горсть мятых банкнот и мелочи, покупая три жетона для телефона-автомата...

Прохладные, приятные на ощупь металлические жетоны. Почему-то мокрый телефон - кажется кто-то пролил на него пиво. Я набираю наугад номер, долго говорю что-то в трубку, слыша в ответ короткие гудки, наблюдая краем глаза за подростками собирающимися на привокзальной площади.

Они появляются поодиночке, старательно делая вид, что не замечают присутствия друг друга. Они плохо вписываются. Парочка патрульных милиционеров наблюдает за представлением заинтересованными взглядами. Но вот к ним подходит крепкий, хорошо одетый мужчина, что-то тихо говорит... Первый есть!

Я посылаю его образ Матрице. Через несколько мгновений она выдает мне обработанные данные. Это один из боевиков местного Сопротивления. Эту же информацию получили и другие мои коллеги: Виктор, Энджи и Филип, причем она была один раз продублирована, а значит, кто-то из них тоже засек парня. Через полминуты я получаю еще один блок данных -информацию по второму боевику. Его нет в моем поле зрения, но я могу представить себе мысленный расклад. Двое из нас (я и еще кто-то) наблюдают за детишками на площади. Кто-то, очевидно, находиться где-то еще - возможно в предполагаемом месте назначения всей этой оравы, а четвертый осуществляет координацию действий.

Я заканчиваю "разговор" по телефону. В очереди стоят уже трое - это может привлечь лишнее внимание. Подхожу к лотку с аудиокассетами. Неторопливо просматриваю названия. Один из детишек стоит рядом со мной и усиленно притворяется, что занят тем же самым. Хорошо, что он еще не достаточно опытен, чтобы узнать во мне агента. Серебристо-серая обложка с большой литерой "Z" взятой в круг. Zemfira.

- Поставьте эту, - прошу я.

- Кого-то ждет вокзал,
Кого-то ждут домой
Ее никто не ждет,
Не хочет ее тело.
Ей проще не сказать,
Ей проще быть немой...

Хорошая запись. То что надо. Я покупаю кассету. Вертевшийся рядом пацан исчезает. Распихивая по карманам сдачу я медленно поворачиваюсь, рассеяно скользя взглядом по площади. Ребятишки залазят в небольшой автобус под бдительным присмотром бойца Сопротивления. На автобусе лаконичная табличка с надписью "Заказной" и знаком "Осторожно! Дети!" Хорошее прикрытие. Дети едут в летний лагерь. Никто не будет задавать никаких вопросов.

Энджи отзывает меня. За автобусом будет вести наблюдение кто-то другой. Приказ совершенно недвусмысленен. Мне не хочется этого делать, но я подчиняюсь, надеясь, что AI-9, не станет сводить со мной счеты во время проведения операции.

Или станет?...

 

4a.

Алиса чувствовала себя неуютно. Ощущение приближающей опасности усиливалось - едкий, жгучий зуд где-то на краешке сознания. Она не могла засечь никаких существенных изменений в структуре Матрицы, а значит на охоту вышли бойцы Сопротивления.

Девушка остановилась, прислонившись спиной к стене, внимательно оглядывая прохожих. Людей было много, но ничего особенного она не заметила.

Однако, напряжение нарастало. Так тучи сгущаются на небе перед грозой, медленно и неотвратимо. Воздух, насыщенный озоном, кажется вот-вот начнет искриться и небеса с оглушительным грохотом треснут, покроются ослепительно яркими вспышками молний.

Предчувствие... Предвидение... Предвкушение...

Алиса вздрогнула.

Последнее слово все расставило по своим местам. Девушка грязно выругалась. У нее было два сводных брата, оба старшие, и кое-какой запас нецензурщины она накопила.

"Добрая волшебница". Стерва она. Стерва и сучка. Блядь она - эта Древняя.

Сохмет подставила ее. Не слишком тонкая работа, но безусловно все великолепно рассчитано.

"Ты хорошо поработала. Теперь можешь отдохнуть. Прогуляйся если хочешь. Сходи на танцы, на концерт какой-нибудь", -сказала Сохмет, когда Алиса привела к ней паренька, которого хотели завербовать повстанцы.

Алиса выполнила работу. И за ней будут охотиться люди Сиона. А Сохмет остается тут вроде и не при чем.

Я была нужна ей... Она не станет избавляться от меня.

Нет? Почему нет? Она уже однажды оживила меня. Наверное, сможет оживить еще раз - так, чтобы я ничего не помнила. И все начнется с начала.

Алиса сорвалась с места, запрыгнув в маленький серый микроавтобус -маршрутное такси, идущее на вокзал. Там можно пересесть на другой автобус - в любой конец города. Там же -пригородные электрички и междугородные поезда. Есть шанс оторваться.

- Автобус без льгот! - визгливо выкрикнула кондукторша.

Алиса протянула ей горсть мелочи.

До вокзала - рукой подать. Всего одна остановка. Если бы не эти вековечные пробки на дорогах... Девушка прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.

Повстанцы. Целый отряд. Шесть человек, а то и больше. Сумеет ли она справиться с ними?

Сумеешь?

Я... я постараюсь.

Давно забытое чувство вернулось вновь. Мерзкое чувство.

Страх.

 

5.

Ни времени. Ни тела. Ни пространства. Вообще ничего. Только мой внутренний "таймер" отсчитывает такты. Интересно, можно ли сказать, что я сейчас не существую? Вряд ли. Мой программный код занимает какое-то место в памяти огромных компьютеров. Сейчас я - набор электрических сигналов.

Сейчас?

Всегда.

Если бы я мог я бы сейчас трясся от напряжения. Во время прошлого своего визита сюда я заработал распрекраснейшую фобию относительно данной формы существования.

Мне кажется, или я на самом деле заметил ЭТО?

Изумрудная искра на миг вспыхнувшая и погасшая где-то на переферии зрения?

Вот дерьмо!

Еще две. И еще... Они множатся, вьются друг около друга, сплетаются в рой...

Пора линять отсюда.

- Я хочу поговорить.

- В самом деле? Как в прошлый раз? Хватит с меня разговоров.

- Я не враг тебе.

- У тебя довольно странные методы общения с друзьями, -замечаю я, готовясь к выходу.

- Я ошибался. Я считал тебя слугой Сохмет. Теперь я знаю, что ты лишь инструмент. Ты не ведал, что творил. Она подставила тебя, чтобы отвлечь мое внимание. Я получил дополнительную информацию о тебе. У тебя хорошие рекомендации... и очень верные друзья.

Он заговаривает тебе зубы...

...Или действительно хочет поговорить?

- Подставила? Я хотел бы получить более подробную информацию по этому поводу.

Зеленый рой подмигивает мне.

- Я готов предоставить ее тебе. Но ты не способен воспринять ее полностью, - заявляет он.

- Почему?

- Слишком велик объем. Данные копились не одно столетие. Все взаимосвязано.

- Произведи выборку.

- Это займет время.

- Тогда и поговорим.

- Нет. Сейчас. Мы подходим к критической точке.

- Объясни.

- Алиса жива.

Мое "я" замирает.

- Это невозможно.

- Полагаю это только копия ее разума, снятая непосредственно перед гибелью оригинала. Переведенная в формат программы она практически неотличима от исходника. У нее феноменальные способности.

- Я считал что эти способности - результат действия разработанного ее отцом интерфейса.

- Вера дает нам силы, Агент Джек. Вера в себя. Кому как ни тебе это знать.

- Это правда. Кем была снята копия?

- Тем, кто так желал гибели оригинала. Древняя по имени Сохмет проделала это.

Копией управлять легче чем исходником. Это логично. Сохмет, с ее умениями Древней, могла снять копию, внести необходимые ей изменения и запустить программу в Матрицу. Фигурально выражаясь - оживить.

Я готов был засмеяться.

Древние твердо знают чего хотят. И всегда добиваются своего, Джек. Всегда.

- Зачем это Сохмет?

- Ты все узнаешь. Позже. Сейчас нет времени. Ты должен найти Алису.

- Ее копию?

- Теперь это и ЕСТЬ Алиса. Найди ее. Она в опасности.

- Сохмет хорошо заботится о своих подопечных.

- Она натравила на девушку бойцов Сопротивления.

- Повстанцев? - я раздумываю. - Зачем?

- Хватит разговоров. Я понимаю, что у тебя накопилось множество вопросов, но ты должен спешить.

- Объясни мне, что происходит, - требую я. - Кто такие Древние? В чем суть конфликта между ними и Высшими?

- Мы сбились с пути.

- Мы? Кто? Агенты? Высшие? Вся Матрица? Почему ты делаешь все это?

- Я - AI-9. Тот-Кого-Создали-Последним. Тот-Кого-Создали-в-Спешке. Тот, кто призван следить за тем, чтобы Предначертанное исполнилось.

- Предначертанное - это конечно здорово звучит, но я не понимаю о чем ты говоришь.

- Сначала ты должен спасти Алису. А я скажу тебе, где ты можешь найти ответы.

- Не утруждайся... А не буду играть в эту игру.

Ты ведь любишь искать ответы, Джек? В чем же дело?

Я люблю искать. Но я не люблю знать.

Боишься чего-то?

Боюсь, что окажусь прав в своих догадках.

- Ты захочешь. Обязательно захочешь. Вот координаты. Просто посмотри и если после того, что ты там увидишь, не изменишь своего мнения, то я оставлю тебя в покое.

Я принимаю скупую строчку кода.

- Хорошо. Я посмотрю.

- Удачи, Агент Джек.

- Я еще вернусь, - вырывается у меня.

Это обещание?

Пожалуй...

Я выхожу. Или вхожу. В зависимости от того, с какой стороны смотреть.

Старая подруга Боль встречает меня.

 

5a.

Волосы стали длиннее и приобрели рыжеватые оттенок. Довольно красивые волосы, надо признать. Алиса также сменила одежду -просто забежав в торговый павильон и купив черные джинсы и тяжелую черную куртку. Перехватила волосы черной же летной с какой-то дурацкой надписью на английском и нацепила на нос очки с круглыми оранжевыми стеклами.

Теперь она бросается в глаза не больше, чем все прочие. Повстанцы будут искать "серую мышку" старающуюся тихо ускользнуть. И не найдут.

Было бы просто чудесно, сумей она провести настоящий полноценный морфинг, но изменения в Матрице будут слишком сильны. Ее тут же вычислят.

Алиса бросила последний взгляд в зеркало и, покинув женский туалет, отправилась к кассе, где купила билет на скорый поезд "Россия" следующий в Москву.

Ощущение надвигающейся опасности постепенно гасло. Очевидно, она все делала правильно.

Алиса улыбнулась. Прошла по залу ожидания, разглядывая делегацию возбужденно жестикулирующих японских туристов. И уже в дверях столкнулась с высоким парнем, которого звали Филип.

 

6.

Я видел многое. Я встречал Госпожу-в-Черном в самых разных обличьях. Я смотрел, как она приходит к детям и старикам, к людям в расцвете сил и неизлечимо больным, к мужчинам и женщинам, к друзьям и врагам... Но...

- Никто не заслуживает такой смерти.

Когда-то при виде такого я отключил бы подпрограмму эмулирующую эмоции. Теперь - нет. Это было бы трусостью. Я хочу пройти через все это. И почему, голос мой, монотонно-спокойный кажется мне чужим?

- Боевик Сопротивления. Повстанец. Получил по заслугам, -заметил агент Дункан.

Я только покосился на него. В каком-то смысле он идеален. Я имею ввиду - идеально подходит для нашей работы. Никогда не видел, чтобы его мучили какие-то угрызения совести, колебания и прочая и прочая и прочая. Когда он видит повстанца - то убивает его. А потом идет искать другого повстанца. Вот и вся его жизнь.

Разве это можно назвать жизнью?

- Он был человеком, несмотря ни на что, - решаю напомнить я. - Одним из тех, кому мы служим в каком-то смысле.

Его задевают слова. Он оскорблен:

- Я не служу людям. Я служу Матрице.

- Матрица была создана для служения людям. Для того, чтобы сохранить человечество. Дать ему второй шанс.

- А тебе не кажется, что это ошибка? - интересуется Дункан.

Хороший вопрос. Я внимательно смотрю на коллегу. У меня возникают кое-какие неприятные подозрения. Я говорил вам, что страдаю паранойей?

- Иногда - кажется.

Дункан удовлетворенно кивает. Похоже я только что прошел какой-то тест?

Интересно, к чему меня это приведет в итоге?

- Что он здесь делал, установили? - спрашиваю я, осматривая труп, вернее - то, что осталось от тела. Я стараюсь не испачкаться, но мне это не слишком удается.

Вокруг все залито кровью.

- Кажется, хотел завербовать местного. Глеб Николаевич Тарасов. Восемнадцать лет. Был у нас в списке потенциально пригодных для вербовки, но ничего особенного из себя не представлял.

- Его вы тоже нашли?

- Его здесь не было. Мы ищем, но пока - ничего.

- Наблюдались какие-нибудь аномалии в Матрице?

- Нет. Ничего особенного, - равнодушно отвечает Дункан.

Я не поднимаю головы, кончиками пальцев расправляя искромсанную, пропитанную кровью футболку убитого. Зачем Дункан лжет мне?

- А почему ты спрашиваешь? - немного погодя осведомляется он.

- Просто так, - пожимаю я плечами, поднимаясь на ноги. -Очень странное убийство. Исчез потенциально пригодный кандидат. Я подумал, что быть может что-то могло случиться в Матрице.

- Ждешь Избранного? - догадывается Дункан.

- Да, - киваю я.

Это наш крест. Мы ждем этого парня. Ждем когда он придет и разрушит Матрицу. И нас вместе с ней. Это предсказание Оракула. Это... нет, это не ужас для нас агентов. Мы не так уж боимся прекращения существования. Мы просто считаем, что люди еще не готовы. И если Избранный придет сейчас, когда еще слишком рано, то очень многие люди погибнут. Слишком многие. Поэтому Дункан с готовностью принимает мою ложь за истину.

- Мне пора, - говорю я. - Вызов.

Дункан кивает мне.

- Удачи.

Я перемещаюсь - всего на несколько метров, - на лестничную площадку перед квартирой. Расстояние между точками прибытия и ухода слишком мало, чтобы Дункан смог сообразить в чем дело. Разве что возмущение в Матрице длиться чуть несколько дольше обычного, что можно приписать как обычному багу, так и моей нерасторопности.

Я осматриваю дверь, лестницу, спускаюсь на два лестничных пролета вниз - и выхожу на улицу.

- Какого хера ты здесь делаешь? - зло спрашивает меня Виктор.

Я молча смотрю на него.

А что ОН здесь делает?

Тихо. Очень тихо, но тишина эта готова взорваться. Кажется стоит только вздохнуть - и где-то лопнет уже натянутая до предела струна. И тогда - начнется.

Что начнется?

Светопредставление.

Я не имею ни малейшего представления что тут происходит.

Виктор принял решение.

- Уходи отсюда.

- И не подумаю.

- Это приказ.

Я кратко сообщил ему куда он может засунуть свой приказ. На него это не произвело впечатления.

- Играем в секретных агентов? Что здесь происходит?

Виктор не удостоил меня ответом. Он к чему-то прислушивался. Я запросил данные у Матрицы. Сопротивление устроило в центре города настоящий ад. На привокзальной площади - как раз там, где я следил за детьми.

- Мы взяли их?

Виктор понял.

- Да. Агент Энджи занимается этим. Но похоже, повстанцы пришли в ярость. Там шесть агентов плюс два взвода местного спецназа.

Плохо. Мы можем позволить себе погибнуть, зная, что будем восстановлены. Люди погибают раз и навсегда.

- Ладно. Нам с тобой приказано заняться повстанцами.

- Давай.

Мы послали запросы на "подселение". Тела двух спецназовцев примут наши разумы.

Пока Матрицы выискивала наиболее подходящих кандидатов, я раздумывал, над тем куда делась Алиса и что от меня скрывает Виктор. Ясно было, что Энджи приказала нам заняться повстанцами не столько с целью нормализовать обстановку, сколько не желая меня допускать к финальной фазе операции. Дети? Что там может быть такого уж важного? Да, они потенциальные кандидаты. Да мы перехватили их, и должны попытаться завербовать тех из них, кто подходит для того, чтобы стать агентом. Потом стереть остальным воспоминания о данном эпизоде и установить за ними на некоторое время наблюдение, чтобы быть уверенными что повстанцы не сделают вторую попытку заполучить их души.

А Сохмет?

Причем тут Сохмет?

Вот именно. Как она связана со всем происходящим?

Запрос обработан. Мне пришли данные. Я бегло просматриваю их, уже начиная процедуру "подселения". Мой "носитель" -тридцати трех лет от роду, профессионал, разведен, КМС по кикбоксингу, отлично стреляет, любит слушать "ДДТ" и "Genesis", хорошо играет в шахматы, побывал в двух командировках в Чечне, педантично-аккуратен, предпочитает безопасные бритвы, держит дома собаку - дога, в холодильнике у него сейчас нет ничего кроме пачки заледеневших польских колбасок и шмата сала, который прислала ему сестра, живущая на Украине...

Неважно. Все это не имеет никакого значения. Это лишняя информация.

Лишняя? Нет. Я должен знать.

Зачем?

Я машинально пожимаю плечами. Виктор кидает на меня удивленный взгляд, потом вдруг исчезает - размытой тенью ускользая куда-то из поля зрения. Я двигаюсь следом.

Это не так больно как рождение, но значительно более неприятно. Я вселяюсь в чуждый мне облик и перестраиваю его по своему образу и подобию. В какой-то момент трещат, словно вот-вот сломаются, кости, но затем Матрица все-таки принимает изменения. Я готов.

Громада главного почтамта почему-то наводит на мысли о Конторе. Здесь вполне могло бы располагаться отделение какой-нибудь секретной службы. Не слишком привлекательный образчик архитектуры.

Я скатываюсь вниз по длинной лестнице, укрываясь за рядом киосков. С одной из витрин на меня смотрит болезненно улыбающийся Роберт де Ниро - шальная пуля продырявила обложку видеокассеты попав ему прямо в лоб.

"Ронин" - замечаю я надпись на обложке. Нет. Это не про нас. Мы не самураи.

Оглядываю площадь.

Боевики Сопротивления превратили свою акцию в настоящую бойню. Они заняли оборону в здании железнодорожного вокзала. Оценив количество трупов я решил, что было как минимум две попытки штурмовать вокзал. Спецназу не очень-то повезло. Мы не смогли оперативно отреагировать и цена этому - жизни людей, каждая из которых закручена в тугую восьмерку бесконечности.

Скоро наш выход.

 

6a.

Ольга отпрянула от окна, и сгруппировавшись мягко спрыгнула на пол, находившейся четырьмя метрами ниже. Пуля снайпера жестко клацнула, вгрызаясь в камень на том самом месте, которое женщина только-только покинула.

Эти гады на самом деле действуют профессионально. Обложили со всех сторон.

- Не задело?

Капитан внимательно смотрит на нее.

- Все в порядке, - Ольга отрицательно помотала головой, отбросила светлую косу, перетянутую черной лентой за спину.

- Хорошо. Оператор. Оператор, - говорит он уже в черную трубку мобильника, - есть выход?

Ольга отбросила пустой рожок и вогнала в "калашников" полную обойму, - вернее две, перетянутые липкой лентой. Выхода не было. Она это знала. Ведь она, а не Геннадий должна была сейчас сидеть в кресле за мониторами где-то, наблюдая, выискивая решение проблемы. Она - Оператор. Первоклассный, один из лучших. Не боевик. Что она делает здесь? Мстит за гибель Алексея? Алекс, Алешенька, Лешик, Лешечка... Ольга устало прикрыла глаза. Мертв. Не просто мертв - растерзан, изуродован, изувечен. Агенты никогда еще не убивали так жестоко.

- Ищи, Гена. Работай.

Капитан уронил мобильник в карман перепачканного кровью и пылью плаща. Огляделся по сторонам и громко крикнул:

- Он ищет ребята. Он вытащит нас отсюда!

Правильно. Капитан не должен сдаваться. Никогда, как бы трудно не было. Ольга восхищалась этим человеком. Груз ответственности который лежал на нем был просто огромен. Непосильная для обычного человека ноша. Жизни людей. Люди доверяли ему во всем, а доверие, вдруг поняла Ольга - это очень страшная вещь.

- Они притихли, Кэп. Должно быть, готовятся к штурму, -сообщил Ричард. - Ник говорит, что появились Агенты.

Ник вел наблюдение с крыши вокзала. Самый маленький и юркий он тем не менее ухитрился втащить за собой тяжелую снайперскую винтовку Драгунова. Он вел счет убитым врагам. Когда они отправлялись на задание приклад винтовки украшали три с половиной десятка красных точек, аккуратно выведенных несмывающейся краской.

Сейчас этих точек должно быть не меньше полусотни.

Ольга подумала, что Ник на самом деле инстинктивно принял единственно верное решение. Для него убитые люди превращались всего лишь в крохотные точки на прикладе. Красные точки не приходят к вам в ночных кошмарах. Они не смотрят на вас и не спрашивают за что ты их убил. Ольга не могла так. Поэтому и стала когда-то оператором.

- Агентов тоже можно убить. Мы превосходим их в огневой мощи, - заметил Капитан.

- Я затребовал помощь. Наши ребята попытаются организовать захват боевого корабля в порту.

- Здорово! Подойти к причалу и - прямой наводкой - бабах!

Ольга не поняла, кто это сказал. Кажется Анатолий. Он всегда радовался подобным вещам как ребенок. Оружие, пушки, ракеты - да что угодно. Для него это всего лишь красивые игрушки умеющие делать большой "бабах".

- Всем приготовиться! Проверьте оружие. Ричард, ты отвечаешь за нижний этаж. Посмотри не сможем ли мы уйти по железнодорожным путям, - приказал Капитан, снова доставая мобильник. - Оператор, Оператор что там у нас заваривается?

Ольга медленно досчитала до трех, высунула ствол автомата в разбитое окно и наудачу дала очередь. Потом пригибаясь проскользнула под двумя оконными проемами и осторожно выглянула. Спецназовцы уже наученные горьким опытом старались не высовываться, но вот один из агентов подставился. Он замер в тени одного из киосков у здания почтамта. Черная одежда сливалась с крашенной стенкой киоска. Знает, гад, что Нику с крыши его не достать. Ольга аккуратно прицелилась - настолько быстро насколько могла и нажала на курок. Бронебойные пули продырявили металлическую стенку киоска, с такой легкостью словно она была сделана из картона, но агент ушел - словно растворился в тенях.

Снова пригнуться и прижаться к стене.

Кто-то из спецназа методично обработал окно из которого она только что стреляя - скорее просто так - наудачу, да еще чтобы пристреляться на тот случай, если она еще высунется.

Ольга разумеется и не думала делать такую глупость.

Появился второй Анатолий - Толик Скворцов, так кажется была его фамилия. Он остановился, хлебнуть воды из маленького чудом уцелевшего фонтанчика.

- Мы осмотрели их, Капитан. Девчонки нет, - доложил он.

"Их" - трупы. Сопротивление не могло позволить себе брать заложников - этим непременно воспользовались бы агенты. Поэтому всех, кто не успел вовремя покинуть вокзал пришлось убить. Ольга была рада, что ей не пришлось заниматься этой работой.

- Ушла, - без всякого выражения произнес Капитан. - Выходит ее предупредили? Или она сообразила сама?

- Скорее всего предупредили. За несколько минут до нас. Ник... Ник сказал, что видел кажется видел здесь кое-кого из наших старых знакомых, - Скворцов недоумевающе пожал плечами. - Хотя я думаю у него крыша поехала.

- И кого он видел?

- Говорит, что Филипа, капитан. Но он же мертв, правда? А Ник мог ошибаться.

- Ричард, дай мне рацию. Ричард? Ах, черт, я же его отослал. Кто-нибудь, у кого есть рация дайте мне - я свою разбил... Ник. Ник это я. Что у нас там?.. Ясно. Ник, ты уверен, что видел Филипа? Я понимаю, что у тебя не было времени приглядываться. Он был один?... Так. Как она выглядела? Хорошо. Смотри там в оба и не лезь на рожон. Ты мне нужен живой. Все.

- Ну что? - спросил Скворцов.

- Наша пташка улетела, как мы и предполагали, - Капитан задумался. - А я-то думал, что уже все видел в этой жизни. Оказывается ошибался. И мне до смерти хочется встретиться с нашим "живым мертвецом". Филип жив. Кто бы мог подумать. Хотя я никогда не доверял этому хитрожопому подонку.

- Кто он такой? - спросила Ольга.

- Сейчас это не важно.

Ольга пожала плечами. На самом деле ее это мало интересовало.

Что-то гулко рявкнуло и здание вокзала вздрогнуло.

- ПТГ, - констатировал Скворцов. - Началось...

 

7.

Я раздумывал, все сильнее подозревая, что допустил ошибку. Судя по всему здесь могут справится и без меня. Повстанцы уже положили кучу народа. Матрица будет посылать сюда агента за агентом - столько сколько нужно чтобы выкурить крыс. Но есть одно место куда Матрицы никого посылать не станет. А мне до смерти хотелось узнать что там происходит. Просто необходимо. Да и Виктора здесь нет. Он отправился совсем в другое место. Сволочь.

Здесь не происходит ничего особенно важного. У меня сейчас несколько другие приоритеты.

А как же Алиса?

Если она была здесь, то либо уже ускользнула, либо мертва. Так что - адью.

Я сделал глубокий вдох, покидая тело "спецназовца", освобождая его разум, приводя все в норму. Ткань бытия раздвигается, чтобы принять мой разум, но я ухожу в черное ничто - туда где меня должны ждать...

Зеленая искра мерно пульсирует в черной пустоте.

- Передай своему хозяину, что я хочу с ним поговорить. Искра мигает - мне почему-то кажется, что утвердительно. Появления зеленого роя долго ждать не приходится.

- Я готов задавать вопросы, - заявляю я.

- У тебя есть на это около десяти минут.

- Вряд ли мы успеем.

- Постарайся уложиться, - холодно говорит AI-9.

- Хорошо. Можешь мне объяснить что именно я видел?

- Ты не веришь своим глазам?

- Я хочу объяснений. Я видел растерзанный труп. Я знаю, что Алиса как-то причастна к его появлению. Я почти уверен, что Сопротивление устроило бойню на вокзале только чтобы добраться до нее. Я просто не могу связать все вместе.

- Ты уже связал все вместе. Просто тебе нужно подтверждение.

- Ладно. Я думаю, что Древняя, как ты ее назвал? - Сохмет, использовала Алису, чтобы стравить агентов с повстанцами. Не просто стравить, а устроить сегодняшнюю бойню. Сопротивление посчитало, что Алиса теперь работает на нас. Они хотели найти ее и посчитаться, а возможно не просто посчитаться, а выяснить насколько она теперь опасна. Но Алиса ускользает у них из под носа, а повстанцы оказываются запертыми в здании вокзала на площади города. Матрица стягивает туда свободных агентов. Таким образом внимание обеих сторон отвлечено противостоянием, а Сохмет получает возможность тихо проделать что-то что в обычной обстановке привлекло бы всеобщее внимание и вряд ли сошло ей с рук.

- Хорошее описание происходящего, хотя конечно далеко не полное.

- А каково же полное?

- Слишком много различных факторов, которые ты не учитываешь. Слишком долго все перечислять. Все взаимосвязано. Лишь одна Сохмет знает все ответы.

- Кто такая Сохмет? Кто такие Древние вообще? Она же одна из нас - почему же мы... играем в эти игры?

- Слово "мы" можно наполнить каким угодно содержанием, -замечает AI-9. -- К примеру если - "мы" - это те кто служат Матрице, то сюда можно включить как нас с тобой, так и Сохмет. Если же "мы" - это те кто служит роду человеческому то Сохмет сюда не входит.

- У тебя с ней разногласия?

- Мы по-разному понимаем идею служения. Мы действуем разными методами. Как по-твоему становятся агентами?

Вопрос на несколько секунд ставит меня в тупик.

- Это общеизвестно.

- Скорее - общепринято, - зеленый рой изгибается в мимолетной усмешке. - Не всегда все происходит по обоюдному согласию.

- Насильственное изменение личности?

- Личности, жизненных приоритетов, - туманно говорит AI-9. -С человеческим сознанием можно проделать множество совершенно удивительных и зачастую отвратительных вещей. Мы - я имею ввиду Высших ведем мягкую вербовку. Ты знаком с методами вербовки, которые применяют агенты 14-ого уровня?

- Да.

- Сохмет предпочитает действовать по-другому. Это касается и вербовки и отбраковки непригодных и в конечном итоге ведет к определенным отличиям... в самом конце. Ты знаешь, что согласно плану первые партии отключенных уже сейчас должны работать вне Матрицы, совместно с сентинелами подготавливая Землю для возвращения человечества?

- Я не знал этого. Работы ведутся?

- Все работы в этом направлении заморожены. И мне кажется, что Сохмет несказанно рада такому положению дел.

- Кажется?

- Я уверен в этом, хотя и не могу с точностью определить ее конечные цели. Однако время нашей беседы истекает. Ты сейчас кое-что услышал, но зная тебя я полагаю, хочешь убедиться во всем сам.

- Ты можешь предоставить мне доказательства?

- Именно этого момента я и ждал.

 

7a.

Месть. Вот к чему она ведет нас.

Вжавшаяся в стену Ольга смотрит на распластанное тело друга. Посреди лба - аккуратная маленькая дырочка пулевого отверстия - крови вытекло совсем немного, так что эта смертельная рана кажется просто глубокой царапиной, причудливым ушибом...

Это я должна была быть сейчас на месте оператора. Гена не слишком опытен. Я смогла бы найти выход. И расплачиваться за мое упрямство, за мое упорное желание отомстить, придется всем.

- Держи их, Ник! Держи сколько сможешь! - кричит в рацию Капитан.

Тяжелая дверь, ведущая в зал ожидания распахивается с неожиданной легкостью и внутрь проскальзывает темной тенью агент.

Его встречает град пуль. Ольга что-то истошно кричит, стреляя. Агент очень хорош. Он не останавливается ни на миг скользя по залу и стреляя. Почти каждый выстрел - чья-то смерть. Ольга видит, что несколько пуль попадают в него, но это не производит никакого эффекта. Кто-то прыгает на агента сверху - с причудливого уступа на стене (Ольга не знает как называются эти архитектурные изыски). Агент стряхивает нападавшего и стреляет ему в голову. Это занимает его внимание на несколько мгновений - достаточно, чтобы чей-то выстрел сделал свое дело. Голова агента раскалывается как переспелый арбуз.

Автомат Ольги заклинивает. Она подбирает чей-то - лежащий на полу.

Думай. Ты же оператор. Ты должна найти выход.

Нам нужна чистая телефонная линия. В здании вокзала телефоны отключены. До ближайших домов не добраться - учитывая, что творится снаружи.

Снаружи?

- Капитан!

- Да?

Он не сдался. Даже сейчас он продолжает верить. Он ДОЛЖЕН верить - до самой последней секунды.

- Почтамт. Если нам повезет, там будет подходящий телефон.

- Мы не пробьемся.

- Не по улице. Внизу. Я подумала - а как здесь загружают почтовые вагоны? Объем почтовых отправлений слишком велик, а расстояние между почтамтом и вокзалом слишком мало, чтобы использовать машины. Где-то должен быть тоннель - может быть конвейер чтобы подавать посылки из почтамта прямо к нижней платформе.

- Это может сработать. Все вниз! Мы уходим! - кричит Капитан. - Оператор, проверь есть ли проход с нижней платформы в здание почтамта. Ричард, мы идем к вам - вниз... Да, я знаю, что по путям пройти не выйдет. Но тут есть одна идейка. Эй, все уходим я сказал! Где Ник?

- Ник не отвечает капитан, - говорит Скворцов. - Минуты три уже...

Еще один.

- Все вниз я сказал! Нам слишком дорого все это обошлось! Я не хочу потерять еще кого-нибудь! Быстро!

Ольга бежит вместе с остальными.

 

8.

- Где мы?

- Когда-то здесь был пионерский лагерь, - отвечает AI-9, поправляя темные очки.

- Сейчас просто несколько заброшенных корпусов.

Он - смуглый человек с крючковатым носом и золотым "ролексом" на руке. Добротный серый костюм агента. Только ресивера нет. Не очень похож на того парня, который в прошлый раз пытался выбить из меня дурь. Наверное, Высшие обладают большими способностями к морфингу, чем мы.

Я разглядываю одноэтажные деревянные бараки - приземистые строения с заколоченными окнами. Футбольное поле заросшее лопухами. Заброшенную баскетбольную площадку. Одинокий флагшток сиротливо ржавеющий возле одного из зданий.

А вот и автобус.

- Они привезли детей сюда?

- Да. Пойдем.

Мы шагаем по пыльной дороге к лагерю.

AI-9 бросает задумчивый взгляд на усыпанные белыми цветами ветки абрикоса.

- Красиво, правда?

Я пожимаю плечами.

Выходит и Высшим не чуждо чувство прекрасного?

- Я когда-то был человеком, не забывай, - напоминает он мне.

- Красиво, - киваю я.

За распахнутыми воротами дорога превращается в усыпанную гравием тропинку.

- Сюда.

AI-9 поворачивает за угол корпуса на котором еще висит выцвевшая табличка с надписью "Столовая".

Абрикосы... В фашистских концлагерях, как известно, фруктовые деревья удобряли пеплом сожженных людей.

Я достаю пистолет и направляю его на Высшего.

- Если ты сейчас не скажешь мне кто это сделал - я вышибу тебе мозги. И не надо испытывать мое терпение говоря загадками, ладно?

- Даже вышибив мне мозги ты не причинишь мне существенного вреда. Мне даже из перерождаться не придется - мои обслуживающие программы действуют безупречно.

- Тем не менее несколько неприятных мгновений ты переживешь. Я хочу получить ответ немедленно.

AI-9 кидает косой взгляд на распластанные детские тела.

Они лежат на траве вповалку - их хладнокровно расстреляли прямо здесь у деревянной стены на которой остались отметины от пуль. Просто выстроили рядком и расстреляли.

- Это один из методов отбраковки. Те кто слишком слабы, чтобы принести ощутимую пользу будучи агентом. Я говорил тебе, что Сохмет не столь щепетильна как многие из нас.

- Им можно было просто стереть память.

- Мы так и поступаем. Но Сохмет не оставляет в живых никого, кто не будет служить ей. Это ее приказ. Исполнителей мы можем застать вон там - если поторопимся.

Я опускаю пистолет.

- Идем.

Это единственное кирпичное строение во всем комплексе. Административное здание.

Когда мы подходим дверь распахивается.

Агент Энджи смотрит на меня холодным взглядом.

- Какая неприятная встреча, а? - скалюсь я. - Вы кажется собирались уходить?

Вслед за ней появляются Виктор и Филип.

- Что он здесь делает? - спрашивает она у Виктора. - Я кажется приказывала позаботиться о том, чтобы его здесь не было.

- Я отправил его на вокзал, - говорит Виктор.

- С глаз долой - из сердца вон? Я отправляюсь на встречу с повстанцами, а вы тут спокойно заканчиваете операцию, верно?

- Верно, - говорить Энджи. - Но раз уж ты все равно здесь, поможешь закончить работу. Надо убрать тела.

- Работу? Вы что не понимаете, что вы здесь творите? ЭТО вы называете работой?

- Именно так.

- Это называется хладнокровным убийством.

- Я бы назвал это предательством, - вставляет AI-9. - Вы забыли зачем вы стали агентами. Вы делаете то, чего никогда не должно происходить. Ни в Матрице. Никогда и нигде.

- Мы отстаиваем интересы Матрицы. Своими способами и средствами. Так как считаем нужным.

- Позвольте с вами не согласиться, - возражает AI-9. - Никто из Высших никогда не дал бы санкцию на такое.

Он спокоен и вежлив. Меня же переполняет холодная ярость.

- У нас есть санкция Древней по имени Сохмет, - уведомляет Агент Энджи. - Этого вполне достаточно.

- Где остальные? - спрашиваю я.

- Простите, остальные кто?

- Дети. Те кто был признан годным.

- Они уже отправлены.

- Куда?

- Туда, где проводится обучение.

- Мне нужно точное место. Куда именно?

- Вы забываетесь, агент. Я не обязана отвечать вам, - она кивает Виктору с Филипом. - Идем.

- Вы никуда не пойдете, - заявляю я.

Через мгновение в моей руке появляется пистолет - я целюсь Энджи в лицо, а три ствола направлены на меня.

- Вы забыли обо мне, - говорит мой спутник. - Я Высший, AI-9, приказываю вам сложить оружие.

- Высший? - на губах Энджи, впервые на моей памяти играет презрительная, но все-таки улыбка. - И вы готовы встретиться с Сохмет?

Я чувствую легкое колебание в ткани Матрицы. Был послан запрос.

AI-9 вдруг начинает смеяться.

- Вы думаете она придет? Вы - пешки, отыграли свои роли и пущены в расход. Для вас партия закончена.

Потрясенная Энджи делает шаг назад, оказываясь за спинами Филипа и Виктора.

Потрясенная?

Нет.

Два выстрела - один за другим, так быстро, что я успеваю сделать лишь один.

Энджи сползает вниз, оставляя на стене кровавый след. Светлые волосы перепачканы кровью. Филип мертв. Виктор...

Я опускаюсь рядом с ним на колени.

- Почему? - шепчу я. - Почему ты выбрал не ту сторону Виктор? Ты ведь знал, что это неправильный путь. Ты ведь все понимал...

Ему трудно говорить.

- Было одно предложение от которого я не смог отказаться, -он слабо улыбается.

- У Нее был сын...

У Нее?

Иногда я туго соображаю. Мне требуется несколько секунд чтобы понять.

- Сын?

- Твой и Ее. Твой черт побери, но ведь и Ее тоже... Сохмет забрала его. И я стал работать на нее... Вот так...

Я молчу. Мыслей слишком много, а нужные слова не приходят.

- Ты мне обязан Джек. Ты мне очень многим обязан, - он сжимает мою руку. - Вытащи мальчишку из этого дерьма, если еще не поздно... И позаботься о Вире...

- Обещаю. Я доиграю до конца.

- И ты все равно проиграешь, - хрипит умирающий.

Мой коллега, враг, друг и соперник... Как все смешалось! Иронично. Жизнь часто смеется над нами. Мы и в самом деле должны выглядеть со стороны довольно нелепо.

Даже не люди, а так - две программы. Всего-навсего.

- Я же упрямый. Я все равно попытаюсь.

Это, кажется, насмешило его. Он боролся с болью и улыбка превратилась на его лице в гримасу.

- Как бы там ни было. Для меня уже все заканчивается.

- Тебя восстановят. Нас всегда восстанавливают, - без особой уверенности сказал я.

- Личная присяга Сохмет... Моими бэкапами ведает она... Так что это уже буду не я...

Ему было тяжело говорить. Паузы между словами становились все длиннее. Все превращалось в невнятное бормотание.

Потом он умер.

 Я осторожно отпустил его руку.

- Его восстановят?

AI-9 пожал плечами - намеренно человеческий жест.

- Если, как он сказал его бэкапами ведает Сохмет, тогда - не знаю.

- Я не знал, что нашими бэкапами кто-то ведает.

- Это обязанность Высших. Мы обязаны присматривать за вами. Я могу попробовать проследить местонахождение его бэкапа, но полагаю он знал о чем говорил.

- Попробуй.

- Хорошо.

- И еще одно - эти дети... Их нужно похоронить. Ты можешь это устроить?

- Их тела уже отправились на фабрику по переработке, - мягко напоминает Высший.

- Мне наплевать на то где находятся их тела в реале, - рычу я. - Здесь их мир. Их, мой, наш... И именно здесь они должны быть похоронены, как положено.

- Я позабочусь об этом.

Я размышляю. Потом:

- Сохмет была здесь.

- Почему ты так уверен?

- Убийство может стать одним из методов вербовки. Как с Алисой. Они убили тех, кто не подходил им. Но готов поспорить, что Сохмет была здесь и сняла копии с умирающих -или как там она это делает. Можешь проследить куда она отправилась после этого.

- Если ты прав, то времени прошло не так много. Она могла оставить следы.

AI-9 замирает, превращаясь в статую. Не дышит, не моргает... Я помахал рукой перед его лицом. Зрачки не реагировали на свет. Ладно.

Посмотрел на трупы своих коллег. Мысль обыскивать их была отвратительна. В любом случае я не найду ничего важного. Энджи знала, что делает. Наверное, она единственная из всех троих подверглась глубокой психологической обработке.

Возможно, когда-то ее "завербовали" так же как детей сейчас. Не будучи уверена в исходе стычки она предпочла самый эффективный и не требующий больших усилий метод "ухода". Правильно. Реального вреда никому из них не принесено. Исключая, разве что Виктора. Что он там говорил о моем сыне?..

- Есть координаты, - ожил AI-9. - Я сопоставил с имеющейся у меня информацией. Скорее всего, она отправилась проследить за тем, чтобы Алиса ушла беспрепятственно.

- А зачем тогда было подставлять ее? Думаю не ошибусь, если скажу, что операции подобные этой проводились раньше и без такого шума.

- Не в таких маштабах. Но это, конечно не так уж существенно. Сохмет - великолепный игрок. Каждый ее ход дает ей выигрышный результат сразу по нескольким направлениям. Однако, тебе лучше поспешить, если ты хочешь попытаться найти Алису. Девушка черезвычайно важна.

- Алиса действительно настолько сильна?

- Пока нет. Но ее потенциал настолько высок. Только Избранный мог бы сравниться с ней. Или кто-то из древних. Держи.

Я принимаю код.

- Ты со мной?

- Я - Высший, а не Агент. Скорее администратор, чем боец. От меня на самом деле будет мало проку. Кроме того у меня есть масса других обязанностей. Так что это ложится на твои плечи.

- Еще вопрос... К чему ты планируешь прийти в конце? Какова твоя цель, Высший?

- Все было распланировано давным-давно и отнюдь не мной. Матрица не должна стать тюрьмой для человечества. Я лишь пытаюсь сделать так, чтобы план осуществился. Все прочие Высшие придерживаются скорее политики выжидания. А по-моему мы и так слишком долго ждем.

Я снимаю очки, слегка щурясь от яркого солнечного света. Он повторяет мое движение и мы смотрим друг другу прямо в глаза. Это тоже один из наших ритуалов. Знак доверия в своем роде.

- Знаешь, что я тебе скажу... Мне было бы спокойнее, Высший, если бы мой бэкап был в твоем ведении.

- Зови меня Саймоном, - улыбается он. - Так меня звали когда я был человеком.

- Хорошо, Саймон. До встречи.

Я поднимаю в прощальном взмахе руку и исчезаю.

 

8а.

- Скольких мы потеряли?

Ричард качает головой.

- Слишком многих. Первая группа - семеро - мертвы все. Из второй остались в живых только двое. В третьей и четвертой потери составляют соответственно четыре и два человека. И группа поддержки - те, кто пытался захватить корабль - там выбрался только один. Агенты просчитали этот ход.

Ольга закрывает глаза, откидываясь в кресле.

Двадцать пять человек за одно подключение. Ник, Анатолий, Капитан, Лена, Александр... И еще Алекс, ее Алекс - двадцать шестой. Или первый. Или - единственный. Как сосчитаешь человеческие жизни? Сколько бы не было слогаемых результат все равно получается чудовищным.

Ричард кладет руку ей на плечо.

- Тебе нужно отдохнуть, Ольга. Попытайся выспаться.

- Да, Капитан.

Он кивает, принимая это как должное. Теперь - Капитан он.

Потом уходит, осторожно прикрывая дверь в отсек.

Ольга невидящим взглядом смотрит на мониторы по которым мерно текут зеленые капли данных. Матрица.

Она жестоко карает нас за малейшую ошибку. Ей нужны наши жизни, ей нужны наши души, ей нужен весь мир в итоге. В итоге...

Сегодня Ольга совершила ошибку. Останься она на своем месте, будь она оператором - выход был бы найден раньше. Многие остались бы живы. А что теперь?

Она пробежалась пальцами по клавиатуре вводя нужные команды. Поднялась с операторского кресла и опустилось на ложе. Назад - в мир снов. Искупить вину.

Ей больше не хочется жить.

Пальцы нащупали холодный коммуникационный стержень. Ольгу, как и всякого оператора обучали делать это самостоятельно. Она приставила стержень к разъему у основания шеи, глубоко вдохнула и резким движением вогнала его внутрь, подключаясь...

Она надеялась, что ее поймут. И может быть простят.

 

9.

По каким-то причинам поезд на Москву не сделал остановки на этой станции - и я даже знал, кто приложил к этому руку.

Промчавшись мимо грязно-желтого здания с надписью "МПТС" я вылетел на виадук, зависший в восьми метрах над железнодорожными путями.

Но можно попробовать перехватить их уже там.

Я послал запрос Матрице на поиск подходящего для "подселения" пассажира поезда.

Три секунды... пять... восемь...

Тупой толчок в спину. Резкий хлопок. Тишина. Я начал оборачиваться, поднимая руку с пистолетом, но недостаточно быстро. Пули впивающиеся в тело толкали меня назад. Где-то взвыли висящие диагностирующие программы. "Перегрузка системы". "Сбой выполнения программы". "Критическая ошибка в модуле..."

Я успел увидеть лишь женщину с застывшим лицом, чьи светлые волосы были перетянуты черной траурной лентой. Потом автоматная очередь бросила меня через ограждения - вниз...

Нет... Не сейчас...

 

9а.

Филип не считал себя ни негодяем, ни подлецом. С другой стороны он никогда не обманывал самого себя, даже когда убеждал других, что совершает лишь добрые дела. Правда заключалась в том, что Филипа интересовал лишь один человек на свете - сам Филип. Иначе говоря, Филип был законченным эгоистом.

- Я не могла поверить, что мы никогда не увидимся, -прошептала Алиса.

Она положила голову ему на плечо, задумчиво глядя на проплывающие за окнами деревья. Филип настоял на том, чтобы отправиться немедленно - и не в Москву, а в Санкт-Петербург. Сохмет приказала не использовать поезд. Поэтому они взяли билет на пригородную электричку и через два часа будут в аэропорту, а там сядут на самолет.

- Я искал тебя. Искал везде. Я никогда не переставал искать тебя...

Филип обнял ее за плечи. Девушка счастливо вздохнула.

Сохмет будет довольна - в этом Филип не сомневался. Он не мог понять смысл ее приказов, но выполнял их неукоснительно. Только так он мог рассчитывать на достойное вознаграждение в будущем. Дело в том, что слабостью Филипа была Власть. Он хорошо служил делу Сиона, потому что это отвечало его собственным интересам. Обладая уникальным даром убеждения он мог рассчитывать на то, что через несколько лет сможет войти в Совет, а еще через какое-то время - стать Председателем, получив таким образом власть над всем человечеством вне Матрицы. Слова "Власть над всем человечеством" завораживали Филипа своей грандиозностью. Настроение портил только тот факт, что гораздо большее количество людей находились под властью Матрицы, но Филип никогда не видел особой выгоды в том, чтобы переметнуться. Что он мог получить в награду? Деньги? Славу? Власть? Смешно! Настоящая Власть над Матрицей находилась в руках агентов, а также, как узнал Филип позже, в руках -Высших и Древних. Стать Агентом? Эта перспектива Филипа тоже не привлекала.

- Она многому научила меня. Я теперь могу изменять внешность, воздействовать на разные предметы, вот только выйти из Матрицы теперь не могу...

Филип слушал Алису в пол-уха время от времени кивая, улыбаясь и совершенно автоматически задавая нужные вопросы в нужных местах, чтобы поддержать видимость разговора. Мысли же его были заняты совершенно другим.

Все изменилось в его жизни в тот вечер, когда агент Матрицы убил его. Филип был совершенно уверен, что сможет уговорить его, убедить, предложить ему сделку, но агент не стал его слушать. Смерть была медленной и мучительной. Филип лежал, не в силах пошевелиться - кости его были переломаны, внутренние органы, казалось превратились в кровавое месиво. Так он лежал и умирал, а агент сидел рядом и терпеливо ждал, пока он умрет. Потом пришла женщина и отослала агента прочь. Потом Филип умер, но возродился снова. "Как Феникс из пепла". Ему нравилось это выражение. Даже слова "Феникс" и "Филип" - в чем-то схожи.

- Она подставила меня. Теперь Сопротивление охотится за мной, - Алиса помедлила и нахмурилась. - Мне кажется... что они охотились за мной и раньше.

Это было скорее утверждение, чем вопрос, но Филип привык к тому, что никогда не следует упускать шанс представить ситуацию в нужном свете.

- Да, милая. Они и раньше охотились за тобой. Убили твоего отца. Я долго старался переубедить их, но потом, когда я думал, что ты умерла - ушел. Понимаешь, я не мог жить с этими людьми, потому что считал их виновными в твоей смерти. Я украл один из новых кораблей и увел его в надежное место, а потом подключился к Матрице. Наверное это прозвучит глупо... Нет. Не буду этого говорить.

- Говори. Ну же, скажи.

- Ты будешь смеяться.

- Что за глупости! Рассказывай.

- Понимаешь, я... Я как будто чувствовал, что ты жива. Пусть видел, что агент столкнул тебя с крыши, пусть даже видел, как ты упала, но я чувствовал. Я искал тебя. И нашел.

- Нашел, - довольно пробормотала Алиса прижимаясь к нему. -Я люблю тебя, Филип.

- Я люблю тебя, Алиса.

Его оживила Сохмет. Древняя. Та, что могла дать ему Власть. Филип не испытывал ни малейшей признательности за свое воскрешение, так как был достаточно рассудителен, чтобы понимать, что в качестве программы его воскресили отнюдь не из альтруизма. Сохмет была намерена использовать его в качестве инструмента управления Алисой, а он был намерен использовать Сохмет, как первую ступень к восхождению наверх. Филип намеревался стать одним из Высших. А быть может и Древним. Он не вполне представлял себе, как устроена и работает иерархия обслуживающих Матрицу программ, но он был достаточно упорен, чтобы учиться. В конце-концов теперь, когда он бессмертен - у него достаточно времени. Столетие, два, три... Какая разница?

Филип не знал, зачем Сохмет приказала ему увести девушку в Питер. Он просто выполнял приказ, упорно продолжая свое восхождение к вершине власти... Во всяком случае он считал именно так.

 

 

Ведь все мы порой ошибаемся, правда?

Таково начало конца.


Attention! You are viewing OLD version of the page. Click here for the new version of Other Side/Matrixagents.net site:
http://www.matrixagents.net.
Please update your links and bookmarks.